Ведь сдала, не дрогнув, могла бы и не звонить. Как бы я проверил, что она что-то знает? Одно говно пристает к берегу! – эмоционально делаю вывод.
С заднего сиденья меня оглушает истерический гогот Мита:
– Прости, – выдыхает, – это… это вот… прям в точку. Я бы точнее про тебя и не сказал, – ржет под поощряющее похрюкивание моего брата.
Мы въезжаем в старую часть города. Нужный нам дом зажат с двух сторон дорогим на вид новостройками.
Замок на хлипкой двери поддается с первого раза. Чувствую себя неуютно в доме, приходится втягивать голову, чтобы не пересчитать макушкой дверные проемы. Прохожу сквозь крохотный коридор в жилую комнату. А в ней повсюду она – моя злючка. Вещей немного, но все пропитаны ее запахом. Я маниакально перебираю свернутую одежду. Сразу понятно, что девчонка долго не задерживается на одном месте. Небогатый набор: пара брюк, толстовка, джинсы, топ, что я видел на ней в клубе. Нет нормального белья: два спортивных закрытых лифчика, носки и две пары трусов. И все. Из всего скудного набора меня поражают две пары трусов. Какая нормальная женщина имеет две пары трусов? А, нет, наверное, три. Не думаю, что она ушла без белья.
– Поехали! – Брат вваливается в комнату. – Арнар нашел ее. – Оставляю дверь дома открытой, если кто-то решит ограбить, брать в доме нечего, а пропажу двух трусов я смогу компенсировать без ущерба своему кошельку. – Она работает в баре Светлых.
Меня словно бьют по темечку, на долю секунды картинка тускнеет перед глазами. Не удивлюсь, если я сейчас получил микроинсульт. И только благодаря регенерации зверя не скопытился за рулем, угробив еще двоих.
– Рос звонил. – Мит протискивается между сидений. – Кто-то принес ему на хвостике, что мы ищем волчицу.
Не отвожу взгляда от дороги, адрес бара знаком всем присутствующим в машине. Заведение широко известно несколько десятилетий среди нелюдей как владение Светлых вампиров и бар, где всегда есть возможность приобрести дозу чего-то забористого, среди людей.
А вот и знакомый байк сиротливо стоит у входа. Напряженный слух улавливает музыку за закрытой металлической дверью. Мит обходит со стороны черного входа.
Мои удары сминают холодное полотно, оставляя вмятины. Зверь чувствует близость пары, тянет, доводит до предела. Не сговариваясь с братом, мы вскрываем «консервную банку».
Ее ступни вывернуты под углом, мысль, что не успели, второй раз за вечер ударяет с силой по голове.
Широко расставив ноги, какой-то парень нависает, скрывая от меня Яну.
