– Я надеялся, что не дойдет до этого. Твое желание – закон, хозяйка, – блондин склоняется, прикладывая ладонь к сердцу.
Оборотень ведет меня в гостиную. Я боюсь, что мы остановимся у зеркала, и он укажет на свое отражение. Но Илья, крепко сжимая мою ладонь, распахивает входную дверь.
Долина удаляется, оставаясь в зеркале заднего вида.
– Исполнять желание маленькой капризной девчонки, – нехотя произносит оборотень.
– Я не считаю капризом желание знать убийцу своего отца.
– А я считаю. Капризом и глупостью. А еще большей глупостью будет попытка отомстить.
– Это почему же? – упрямлюсь я.
– Сама все поймешь. И я не хочу умирать, Яна. Я отчаянно люблю жизнь, даже с частыми от нее угощениями из фекалий. Я ей доволен. Жизнью. Это тебе для справки, хорошенько подумай, перед тем как накинуться с кулаками на Александра.
Управляя автомобилем, блондин не произносит ни слова, забыв на время о моем существовании. Пару раз молчаливо касается щеки, прикладывая пальцы к месту удара. На прикосновения его губы дергаются в пугающей улыбке, застывают, пока он не отвлекается на дорогу, и на лбу вновь залегает глубокая поперечная морщина.
За столом оборотень был близок к срыву, извращенная часть меня хотела получить удар в ответ, а после обвинить в жестокости, неуравновешенности. Вернуть себе удобную и привычную позицию жертвы. Но сейчас, когда эмоции потеряли свой градус, мне больше не хочется проверять лимит его терпения.
В тишине я обдумываю каждое слово, что услышала в доме оборотня, воспроизвожу у себя в голове интонацию, с которой их произносили. Мне хочется уличить во лжи, но я не могу. Все сказанное или правда, или блондин искренне в это верит. Блондин…
– Илья, – произношу беззвучно. – Илья, – повторяю движения губами и языком.
– Что? – спрашивает тот.
– М-м-м, ну тренируйся. Когда-нибудь осмелишься назвать меня по имени.
– А ты когда-нибудь осмелишься сказать правду, – огрызаюсь я, пойманная в неудачный момент.
– Помолчи, – устало отвечает он. Не кричит, не насмехается – тихо произносит.
Я настроена решительно. У себя в голове смакую каждое слово, что скажу убийце в лицо. Подбираю хлесткие уничижительные формулировки. К тому моменту, как автомобиль выныривает из плотного леса и мягко несется по идеально ровной дороге, в моей голове заготовлена целая речь.
Я готова размазать убийцу, кто бы он ни был!
– Это что, психбольница? – я не могу скрыть удивления.
