Автор
В потемневшем свете жуткого заката, сердце колотится в груди. Осторожный шепот оттесняет страх: может ли это быть правда? Неужели теперь дверь камеры распахнется? Угрызения надежды и нереализованных ожиданий взмывают в замирающем сердце, создавая предвкушение ужаса.
А как ты оказался в Лексонии?
– В Эвендейле, – Дайон остановился так резко, что Анри по инерции еще прошел несколько шагов. – Хорошая попытка…
– Какая?
– Поймать меня на несоответствиях. Но она не сработает.
– Почему?
– Потому что я говорю правду. Пойдем, надо переждать всю эту заварушку.
– И куда же мы направимся?
– Туда, где нас не будут искать… – Дайон сделал вид, что задумался. – Наверное, в городскую библиотеку?
– Ты еще скажи – в здание инквизиции, – хмыкнул Анри. – Нет уж, давай действовать по моему плану!
План Анри состоял в том, чтобы добраться до ближайшей таверны и затаиться там, пока стражники рыскают по городу.
Оказалось, последнюю фразу Дайон произнес вслух.
– Все равно из таверны никуда не денешься, – охотно пояснил Анри. – Ну, день посидишь, ну, два… дальше хозяин сам тебя скрутит и стражникам сдаст, как лицо подозрительное.
– А комнату снять нельзя?
– Для этого подорожная нужна.
Дайон подумал, что лучше бы Анри мечтал напиться: это избавило бы их от необходимости освобождать пленников. Но парень был настроен на приключения. Герцог тяжело вздохнул. Конечно, оставалась надежда на чудо…
– Пришли!
Анри указал на деревяшку над дверью с неровно выведенной надписью «Счастливая птица». Рядом было нарисовано нечто, более всего напоминающее голубого баклана. Судя по косым глазам, птица выпила столько, что посетителям оставалось лишь завидовать здоровью пернатого алкоголика.
Дайон задумчиво посмотрел на Анри. Будь у герцога деньги, он бы попытался напоить компаньона до состояния баклана и тем самым удержать от безумных поступков, но денег не было. И тут взгляд его упал на соседнюю вывеску «Банкирский дом Козимо».
Переселившиеся в Левансию южане вели дело с незапамятных времен, передавая бизнес от отца к сыну.
