Автор
В потемневшем свете жуткого заката, сердце колотится в груди. Осторожный шепот оттесняет страх: может ли это быть правда? Неужели теперь дверь камеры распахнется? Угрызения надежды и нереализованных ожиданий взмывают в замирающем сердце, создавая предвкушение ужаса.
– Работники мои в город нечасто ездят…"
"– Может, и так, – стражник еще раз внимательно взглянул на герцога и взял документы, зашевелил губами, явно читая по слогам. – Все верно. В город зачем?
– Так это… моркву продать, домой кой-чего купить.
Возница слишком резко махнул рукой, в которой были зажаты вожжи, лошади дернулись, телега подалась вперед, едва не сбив с ног читавшего документы стражника.
– Ты чего? – набычился он. – Ты это! Это!
Стражник поднял палец вверх, пытаясь подобрать слова.
– Вы же видите, что кобыла застоялась! – некстати возмутился Анри, которому надоело молчать.
Крестьянин вздрогнул, а Дайон заскрипел зубами, прекрасно понимая, что сейчас начнется. Лицо стражника стало пунцовым, а глаза налились кровью.
– Учить меня вздумал? – прошипел он, брызжа слюной во все стороны. – Да я вас всех…
Что будет дальше, Дайон слушать не стал, перехватил вожжи и хлестнул несчастную клячу. Она рванула вперед, телега с грохотом помчалась по булыжной мостовой под крики и улюлюканье прохожих.
Пронесясь по центральной улице, ведущей к ратуше, у самой площади герцог свернул в едва заметный переулок, и притормозил лошадей. Немного поплутав по узким улочкам, телега выехала в северный район города. Дома здесь стояли так близко друг к другу, что перекрывали солнечный свет.
– Приехали, – Дайон остановил лошадь и спрыгнул, кинув вожжи хозяину телеги. Тот сидел, вцепившись в доски облучка и выпучив глаза. – Лошадь распряги, телегу брось. Продай свою морковку в ближайший трактир и верхом уезжай из города.
Тот кивнул, все еще находясь в состоянии шока.
– Анри, расплатись и пойдем! – герцог произнес это таким тоном, что кузен Виолы не посмел возразить. Он сунул в руку крестьянина не одну, а несколько серебряных монет, и поспешил за компаньоном, отправившимся обратно к ратуше. По мере того как они подходили к площади, до их слуха стали доноситься звуки, свидетельствующие о том, что за нарушителями была отправлена погоня: ржание лошадей, бряцанье оружия, грубые голоса, спрашивавшие о телеге и троих мужчинах.
– Повезло, что сейчас ярмарка, и этих телег видимо-невидимо, – первым заговорил Дайон.
– Да… – Анри помолчал, но любопытство взяло верх. – Йонатан, а где ты научился?
– Чему? – насторожился герцог.
– Управлять экипажем! Ты ведь не задел ни одного дома!
– А это… да так, – усмехнулся Дайон.
– И город ты знаешь, – Анри, наконец, догнал его и легко подстроился под шаг.
– Я же говорил, что вырос здесь.
– Точно.
