Автор
В дымовых потоках СССР в начале XX века — первые пожарные команды, где каждое слово и каждый шаг имеет значение. Здесь жизнь и смерть за доли секунды решаются на холодном кране или горящей лампе. Атмосфера напряженности и спасательной миссии в жарком заледеневшем городе, где каждое дыхание — жизнь или смерть....
У меня еще оставалось почти восемьсот рублей в заначке. Хранить деньги на банковской карте ясное дело было нельзя, только на сберкнижке, но я понятия не имел что это такое и с чем ее употреблять. Поэтому пока что деньги лежали в общаге, в толстой книге братьев Стругацких.
Закончив работу, ни на какую пробежку я уже не пошел. Достаточно. Решил прогуляться по центральной площади поселка, осмотреться. В ту сторону я еще ни разу не ходил, а потому даже не знал, что там есть интересного.
В соседнем гастрономе взял стаканчик сливочного мороженного, двинулся к площади — по периметру виднелось сразу несколько лавочек.
"Слева от меня раскинулся детский сад — ну, по беседкам и каруселям все и так было понятно. Детей там сейчас уже практически не было, остались только те, чьи родители по каким-то причинам запаздывали. За площадью, прямо по центру разместился памятник погибшим в Великой Отечественной войне солдатам — издалека видно, что именно он символизирует. Вдоль фронтальной линии стояли столбы флагштоков, выкрашенных серебристой краской, сразу за ними росли молодые ели.
Осмотревшись, обнаружил свободную лавочку, сел посидеть.
Пока лопал мороженное, обратил внимание, что на площади играла легкая музыка. Оказалось, что это на столбах висели громкоговорители. Таких в нашем времени уже и не встретишь — давно все разобрали и сдали в пункты приема цветного металла.
Мимо меня ходили прохожие, в основном среднего возраста.
Моду восьмидесятых я воспринимал уже куда проще, нежели в первые дни своей гражданской жизни — все-таки адаптация она неизбежна. Человек вообще такое существо, что может привыкнуть к чему угодно.
Неожиданно мне в голову пришла любопытная мысль — интересно, а я один такой попаданец? Ну, в том смысле, что погибший и переродившийся в другом теле и другом времени? Вдруг есть и другие, вроде меня?
Однако сама мысль казалась абсурдной, если бы не одно «но» — я-то уже здесь, у меня получилось.
— Артем, привет! — послышалось сзади.
Обернулся и увидел Иру. Ту самую, с кем отмечали день рождения Женьки. После того утра в моей комнате, мы почти два дня не виделись. Честно говоря, я ничего о ней не знал. Разве что жила она где-то в поселке.
