Автор
В дымовых потоках СССР в начале XX века — первые пожарные команды, где каждое слово и каждый шаг имеет значение. Здесь жизнь и смерть за доли секунды решаются на холодном кране или горящей лампе. Атмосфера напряженности и спасательной миссии в жарком заледеневшем городе, где каждое дыхание — жизнь или смерть....
— За что? — подняла бровь медичка, на мгновение остановившись.
— Да за все сразу! — спокойно ответил я, затем добавил. — Амнезия прошла лишь частично, но все равно не могу вспомнить, что я натворил раньше. Поэтому и прошу извинить.
Она подняла на меня глаза, впилась изучающим взглядом. Наверное, пыталась понять, шучу я сейчас или нет.
— Ну да, конечно. Как выгодно прикинуться — ничего не знаю, ничего не помню.
Чего-то подобного я и ожидал, но обсуждать это я не собирался — видимо, она это поняла. Продолжала методично шуршать бумагами.
— Это Андрей на тебя так повлиял? — спросила она, спустя какое-то время.
— Кто такой Андрей?
— Мой бывший муж… — тяжко вздохнула она. — Прапорщик из вещевой службы.
Ага, вещевик, значит…
— Нет, прапорщик Буров тут ни при чем! — вздохнул я. — Вы закончили?
— Да… Артем! Я бы хотела… — та хотела что-то сказать, но запнулась, словно потеряв нить разговора.
— Э-э, простите, Мария Андреевна. Но мне пора, меня ротный ждет.
И не дожидаясь продолжения, взяв со стула свой вещевой мешок, направился к выходу из лазарета.
А я мельком заметил, что «буханка» прапорщика Бурова стоит неподалеку, как будто бы случайно. Я невольно улыбнулся.
Не став заострять на этом больше внимания, я направился к казарме — благо уже примерно знал, что и в какой стороне находится. Едва вошел в расположение роты, чуть было не столкнулся на входе со старшиной Киреевым.
— О! Жаров объявился! — тот разом включил недовольного прапорщика.
— Так точно, товарищ прапорщик!
— Ну? Где доклад?
— А-э… — само собой формулировки доклада я не знал, так как этому на военной кафедре не учили. Тут я действительно растерялся.
— Младший сержант Жаров из госпиталя прибыл, замечаний не имею, да? — вздохнул прапорщик, затем махнул рукой. — Ладно, я пошутил. Иди к командиру доложись.
— Это, товарищ прапорщик… Спасибо вам, что вытащили меня из того подвала!
— Не за что, — отмахнулся тот.
Я обратил внимание, что в подразделении было как-то пусто. Из личного состава имелся только суточный наряд.
— А где все?
— Ты бы еще дольше по больничкам валялся… К празднованию дня победы готовятся. Большая часть на уборке территории. А остальные… В рамках мероприятия у нас на территории будут проводиться спортивные соревнования между тремя соседними воинскими частями.
