Автор
Мереуин Макэйлис, с ее золотистыми локонами и щечкой украшенной страусиным пером, стремительно преодолевает холодные ветра весны. Животное галопирует по улицам с горы к морю, подчиняясь лишь легкому прикосновению арапника. Тишина прорезывается лишь резкими порывами ветра, донесшимися издалека от морской бухты....
– Нервничаете, Фрэнсис, – недружелюбно заметил маркиз.
Мажордом попытался овладеть собой, но еще сильнее затрясся, наткнувшись на пугающий своим блеском взгляд серых глаз.
– Пистолеты тревожат меня, милорд, – признался он, ретируясь на безопасное расстояние.
Маркиз улыбнулся, но улыбка вышла неубедительной, так как на хмуром лице не было даже признаков теплоты.
– Естественно. Вы и раньше всегда возражали против моих дуэлей.
Набравшись храбрости, Фрэнсис заметил, что измученный и полупьяный дуэлянт вполне может проиграть поединок.
– Клянусь, Фрэнсис, этот поединок я не проиграю.
Мажордом почувствовал озноб.
– Может, разумнее сперва отдохнуть, ваша светлость? Остались бы до утра…
Длинные пальцы сомкнулись на резной рукояти пистолета.
– Нет, Фрэнсис. Тогда уже будет поздно. Я дурак, что приехал сюда, проклятый, дерьмовый дурак, и гордыня может мне дорого стоить.
Разъяснений Фрэнсису не потребовалось, он выскочил за дверь с такой скоростью, какую не показывал уже много лет. Иен осушил второй бокал бренди и мрачно усмехнулся. Пистолеты тщательно вычищены, смазаны и заряжены, ибо он уверен, что они понадобятся ему сразу по возвращении в Равенслей.
Погруженный в раздумья, Иен не сразу обратил внимание на громкий стук в парадную дверь.
– Во имя Господа милосердного, чего нужно? – промычал он, пнув тяжелую дверь с такой силой, что едва не сорвал ее с петель.
Некоторое время Иен ошеломленно смотрел на закутанного в плащ человека, суровое лицо которого выражало одновременно и озабоченность, и облегчение, потом распахнул дверь и буркнул:
– Входите.
– Благодарю вас.
