Автор
Не знала, насколько сильно меня ждет изменение после случайной встречи с человеком, чья реакция меня потрясает до глубины души. В тот вечер я не видела перед собой ублюдка, а просто человека, который подарит мне ключ к новой жизни — полной страсти и открытий.
— То есть, они зажали потратиться на организацию доставки?
— Нет, обеспокоились, что кобылицы вытопчут вам весь газон.
Что это за тон? Ехидство?
— Знаешь что, я соглашусь. Но ты будешь присутствовать на этом чертовом конкурсе!
— А я там зачем?"
"— Будешь изучать мои вкусы и пристрастия, чтобы повторно не втягивать в подобную авантюру.
— Эм… Может мне еще присутствовать при первом пробном акте, чтобы учесть ошибки при отборе и заранее тестировать образцы?
Нет, мне не показалось, наглый мальчишка насмехался!
— Может!
Он перестал скалить зубы.
— Может даже будешь тестировать первым, а я посмотрю, — забил последний клин в разговор, зная, что больше он зубоскалить в отношении своих должностных обязанностей не посмеет.
— Простите, я больше не…
Донеслось сбивчивое бормотание мне в спину, а я только с грохотом захлопнул дверь и поднялся по лестнице в спальню, с раздражением придерживая набухающий член.
Размер и полнота? Твою мать, как же меня бесит его осведомленность в членах!
* * *Я с раздражением швырнул ручку на стол и рыкнул в телефон:
— Что значит, не знаешь? Влад, я плачу тебе слишком дохрена за незнания!
— Алексей, это вообще может быть дезой. Я бы не кипятился и не принимал поспешных решений. Это для Жени Кельмера свойственно приобретать активы, чтобы они нигде не светились, а кто такой Разумовский? О нем никто не слышал и не знает. И тут всплыл, как труп в болоте…
— И тебе не показалось странным, что младший Кельмер заинтересовался трупом… Тьфу ты! Никому неизвестным Разумовским? Или все же у Кельмера был повод заинтересоваться им? Тогда почему я этот повод не получил раньше Евгения?!
— Я тщательно проверил Разумовского, когда он вышел на вас — он тля, его никто не знает.
— Будь осторожен, там Артур. Заденешь его — полгода бесплатно работать будешь.
Я отрубил вызов и уставился на противоположную стену с картой мира.
Его никто не знает.
Я нажал сигнал вызова Николая и уселся в кресло, предчувствуя длинный и сложный разговор с помощником. Он не выйдет из кабинета, пока я не вытащу из него всю правду!
Пока ждал Николая, в голове крутились говно-мысли… Как же удачно подвернулся мне помощник, практически сразу, после отказа сотрудничать с Разумовским.
