Автор
Не знала, насколько сильно меня ждет изменение после случайной встречи с человеком, чья реакция меня потрясает до глубины души. В тот вечер я не видела перед собой ублюдка, а просто человека, который подарит мне ключ к новой жизни — полной страсти и открытий.
И все твои ответы я проверю, учти.
Он кивнул. Напряженно, но кивнул, согласился.
— Хорошо. Как давно Разумовский знаком с Кельмером?
— Не знаю…
— Если таких ответов будет подавляющее большинство, ты вылетишь за порог сегодня же!
— Ладно-ладно… понял. Кельмер… Не помню его у нас дома."
"Николай отвернулся от меня, слепо глядя в окно, а меня резануло словосочетание «у нас дома». Разумовский же женат, не мог он любовника держать дома. Или он жил на два дома, а потом что? Выставил Николая? Или тот сам сбежал, оставшись без крыши над головой? Или это разводняк, рассчитанный на меня.
— …Точно не приходил. И Стас никогда не упоминал его в разговоре. Вас упоминал, а Кельмера ни разу.
Я встрепенулся:
— Упоминал меня? Что он сказал?
— Дословно не помню, только то, что надо встретиться с вами на одном из приемов. Я только понял, что не получается у Стаса поговорить, раз он нацелился выловить вас на приеме.
Кивнул, подтверждая его предположения. Я отказывал Разумовскому, а он все же столкнулся со мной на каком-то вечере.
— А как ты познакомился с Кельмерами?
— Тоже на приеме. Другом, может, новогоднем или рождественском…
— Вспомни точнее. Как и где.
Николай снова отвернулся к окну, сцепляя руки и кусая нижнюю губу. И я подвис на этом странном, не мужском движении зубов по пухлой губе. Я непроизвольно облизал пересохшие губы, не в силах оторвать взгляд от слишком эротичной картинки.
Идеальные зубы, впивающиеся в мягкие губы, покусывающие, натягивающие и отпускающие. И тут же высовывается язык, проводит по поверхности, увлажняя её, а у меня трещит ширинка от пронесшейся перед глазами картинки, как можно разыграть этот язычок вместе с соблазнительными губками…
— Твою мать, — выдавил я, шире расставляя ноги под столом и неловко сползая по спинке кресла, чтобы шов не так болезненно давил на стояк.
— Я не могу вспомнить, — тут же повернулся ко мне помощник, сведя брови домиком. Ну вот нахрена, спрашивается, усугублять и без того несгибаемую проблему?
Решил копнуть глубже.
— Давай поговорим о Разумовском?
— О Стасе?
Мне не показалось, что он вздрогнул.
— Да, о нем. Опиши мне его состояние, чем зарабатывает, на что тратит, с кем ведет бизнес, с кем конфликтует…
— Я не… зн-наю, — испуганный взгляд направлен на меня, помощник знал мой ответ на его недомолвки, а повторять и тем более запугивать я не собирался.
