Автор
Не знала, насколько сильно меня ждет изменение после случайной встречи с человеком, чья реакция меня потрясает до глубины души. В тот вечер я не видела перед собой ублюдка, а просто человека, который подарит мне ключ к новой жизни — полной страсти и открытий.
Я подтягиваюсь из пропасти, чтобы не пропустить ни одной секунды ее перевоплощения из ненастоящего мальчика в самую нахрен настоящую женщину. В самую желанную. В самую сексуальную.
И с упоением слежу, как от очередного моего выпада и насаживания на член, пусть только имитирующего, через все еще не пускающие внутрь нее штаны, по телу Кати бежит дрожь. Я трусь о ее промежность, а она выгибается, вздрагивает и стонет, закатывая глаза и закусывая пухлые губы. А в следующее мгновение не выдерживаю я и роняю ее себе на грудь, чтобы самому впиться в эти греховные губы, сосать, терзать и раскрывать для себя.
Давай, девочка, сдавайся! Ты же мокрая насквозь — парни так не текут, уж можешь мне поверить…
И тут чертовка кусает меня за нижнюю губу, ловко сползает по груди вниз, оставляя влажную дорожку от шеи до самого низа живота и… о, нет!…
О… блядь… да-ааааа!
Когда ее губы накрывают пульсирующий конец, и я чувствую влажность ее рта, изворотливый язык, огибающий конец по кромке, дергающий уздечку, я нахрен падаю навзничь на постель и теряю ориентацию в пространстве.
Как будто мне не делали минет. Да тысячу раз!
Как будто рот — это предел мечтаний недотраханного подростка.
Как будто я не хотел вот также глубоко войти в другое её влажное место. Но и тут она меня уделала!"
"И несмотря на то, что это просто минет, просто ртом, для меня остается пронзительным факт, что это её рот, моей Коли…
В помутневшем рассудке, остались только рваные чувства и потребности.
Наверное, она терпела, и задыхалась, и давилась, но каждый издаваемый Катей звук был для меня еще одним броском на ограждение под током… А там, за сеткой, обрыв.
В какой-то момент давление изнутри перекрыло все ощущения разом, сосредоточившись на слишком чувствительной головке, по которой щелкнул её острый кончик языка.
Я заорал, выстреливая все накопленное желание в этот сладкий рот, сжимая руками её лицо, по инерции все еще двигаясь за щекой, растягивая её пухлые губы и снова кончая от этой грязной, пошлой и такой охренительной картины.
Катька просто создана, чтобы ее трахать! Теперь я понимаю всех тех козлов, что брали ее силой, когда она отказывалась отдаться добровольно.
