Автор
Не знала, насколько сильно меня ждет изменение после случайной встречи с человеком, чья реакция меня потрясает до глубины души. В тот вечер я не видела перед собой ублюдка, а просто человека, который подарит мне ключ к новой жизни — полной страсти и открытий.
С утра мой вулкан проснулся и дымил, окуривая здравый смысл, потом заливал тело раскаленной лавой, плевав, что я превращаюсь в желейку от одного только взгляда Алексея. Но когда тот включил в игру голос, прикосновения и откровенные домогательства, я сдалась.
Глупо отрицать, что я бесчувственный камень, если растекаюсь только от намеков на близость. Но Бергер не был бы Бергером, если бы не воспользовался моей слабостью.
И да, это утро стало самым сладким, самым пронзительным за последнее время.
Сейчас в салоне автомобиля, прижатая к телу Бергера, чувствуя его губы на изгибе шеи, сдерживая накатившееся возбуждение от его неспокойного дыхания, выдающего и его возбуждение от нашей непозволительной близости, я хочу обмануться и поверить, что это возможно, что у нас с ним есть будущее.
Но его нет. И я в очередной раз закусываю губы, чтобы не завыть от обиды и жалости к себе. Ну кому нужна чужая забитая жена, не способная подарить любимому ребенка? Кому нужна униженная женщина, которая прячется за мужскими одеждами? Разве он поймет мою слабость и трусость, если я предпочитаю сбегать от проблем, а не решать их?
Бергер сильный, он боец, а я… трусиха.
— Не отходи от меня, — предупредил шеф и с сожалением выпустил мою руку."
"Если бы я могла с гордостью стоять с ним в женском платье, не прятать свое имя и свою сущность, то он обнимал бы меня весь вечер, не отпускал бы от себя, продолжал держать за руку и мимолетно касался бы меня губами.
Делал бы со мной всё то, что делают с женщинами влюбленные мужчины…
Я снова закусила губу. Черт, моя слезливость точно погасит помпейский вулкан в животе. Неужели пмс? С чего же меня так разводит на эмоции?
Бергер сразу прошел на шаг впереди меня к чете Кельмеров.
— Слышал, ты прикупил акции моего брата? — Евгений Кельмер задержал Алексея, задав вопрос.
— Давно за ними наблюдал, попались на глаза — купил.
— Так попались, что повышал ставку до последнего?
Бергер пожал плечами:
— Там какая-то шушера пыталась пробиться, ничего серьезного.
Я настороженно подняла взгляд на Кельмера, чтобы увидеть подозрительно сузившиеся глаза.
