Володька Орехов повозмущался даже: раньше-то Героя Советского Союза летчику-истребителю давали за десять сбитых самолетов, теперь – за пятнадцать.
А почему тогда у его ведущего на кителе отсутствует Золотая Звезда?!
– Придерживают! – уверял он товарищей. – Из вредности. Командир-то отказался получать ордена ни за что, вот они и встали в позу… в эту… Ну…
– В позу удивленного тушканчика, – подсказал Григорий.
Эскадрилья захохотала.
– Я бы и от этих звездочек отказался, – Быков щелкнул по погону. – Но…
– Пригодятся в хозяйстве!
– Жополизы дали мне, старлею, сразу майора.
– Уговорил отца выделить здание главкому ВВС…
Быков подумал, как же было сложно Василию Сталину просто жить – слишком много вертелось вокруг подлиз и прочего скользкого народу.
Генерал Жигарев нацепил ему полковничьи погоны, комиссар Мехлис устроил начальником инспекции ВВС…
Все спешат воспользоваться его родством.
– Да почти все генералы такие, что с них взять! – рубанул Баклан.
– Командир, так ты скоро и сам в генералы выйдешь!
– Сейчас, вот, до майора дорасту, а потом уже…
– Заслужу те погоны, которые уже имею.
– Василий, ты за три месяца спустил на землю двадцать с лишком «мессов» и прочих «фоккеров», и люди тебя не за то уважают, что отец у тебя – сам Верховный! Согласись, Миха!
– А что я? Накатай на бумаге, что сказал, и я подпишусь!
– Командир! А что с «По-7»?
– А-а… Забыл вам сказать…
– Вызывали в штаб – дозвонился Поликарпов…
– Вернули ему людей.
– Ну, да. А самолеты запускают в серию.
Летчики расположились на чехлах в тени крыльев своих «лавочек».
Быков устроился под деревом, на деревянной колодке – из тех, что подкладывают под колеса самолетов при запуске.
– Отдыхаем? – послышался начальственный голос.
Это был Бабков, на днях вышедший в подполковники.
– Никак нет! – бойко ответил Котов. – Копим силы!
– Ну, копите, копите… Товарищ полковник, там молодое пополнение прибыло. Троих я определил к вам.
– Гадкие утята! Но если поднатаскать, как следует, то выйдут если не в лебеди, то в селезни точно.
– Только учти, – построжел Бабков, – времени у нас мало.
– Недели две? – прищурился Быков, не помня толком, когда под Прохоровкой сойдутся танковые армии в грандиознейшем сражении.
– Все-то ты знаешь! Недели полторы, от силы.
Вскоре явились «утята» – младшие лейтенанты в новенькой форме и с фанерными чемоданчиками.
Вперед шагнул белобрысый крепыш и бойко доложил:
– Младший лейтенант Никитин, старшина группы! Готовы к выполнению любых боевых задач!
Лица пилотов эскадрильи расцвели улыбками и ухмылками – они узнавали в новеньких самих себя, таких же пылких балбесов, уверенных, что закончить авиашколу – это равнозначно превращению в аса.
– Не готовы, – спокойно парировал Быков.