Офицер спецназа получает второй шанс на жизнь и оказывается в СССР 1986 года, где идёт война в Афганистане. Перед ним встают новые испытания, ставки повышаются, а задачи становятся всё более опасными. Ему предстоит выжить и найти свой путь в условиях боевых действий и политических...
Если он был на вокзале, если у него уже были куплены билеты, то какого черта он тянул до последнего, прогуливаясь к залу ожидания, вместе с отставным полковником? Какие у него с ним отношения? Может, Кикоть сам по себе еще как-то связан со структурами?
Ну да, ранее я уже видел удостоверение Василия Николаевича — когда-то он принадлежал к разведке и сейчас этот Александр вполне мог встретиться с ним случайно или просто о чем-то консультироваться… Да мало ли, зачем и при каких обстоятельствах они могли встретиться? Вариантов полно, вплоть до банального совпадения. Вернее, тут много странных моментов и совпадений, но ни одного значимого, что позволило бы провести какую-то аналогию. Но чуйка продолжала напоминать о себе, поэтому я решил выяснить все, что удастся.
Раз уж мы одни в купе, раз уж ночное время суток, вокруг тихо и ничего не мешает… Да еще и при таких натянутых обстоятельствах, почему бы и не подергать за ниточки? Вдруг, действительно удастся зацепиться за что-то любопытное? Он, конечно, может быть опасен, но мне есть, что ему противопоставить. Уверен, от парня двадцати лет он многого не ожидает, несмотря на то, что у него имеется обо мне служебная информация.
— Комитет государственной безопасности? — спустя несколько секунд поинтересовался я, глядя на Александра. Вопрос, как говорится, был направлен прямо в лоб. Возможно, с моей стороны это даже было грубо.
Тот посмотрел на меня с некоторым удивлением. Криво усмехнулся.
— И какого же ответа ты ждешь?"
"— Не знаю. Вы мне скажите… — я посмотрел ему прямо в глаза.
Несколько секунд шла игра в «гляделки», потом Александр отвел взгляд и усмехнулся. Проиграл? Да это ерунда, всего лишь мелочь. И тем не менее, я разглядел в нем подавляемый признак слабости.
— Признаю, отчасти ты прав. Что, так заметно?
— Очень! — не моргнув и глазом, отозвался я. — Особенно заметно оружие, что лежит у вас в кармане.
Он снова изменился в лице, причем кардинально. Через ткань потрогал пальцами свой карман, затем сунул руку и вытащил оттуда бензиновую зажигалку, три карамельки, смятый носовой платок и бумажную купюру в десять рублей. Затем настала очередь другого кармана. Там была только мелочь россыпью, половину которой он рассыпал на пол по причине того, что здоровая рука у него была только одна. Собирать не стал, а я помогать не собирался.
— Утром соберу, никуда не денется, — зачем-то пояснил он.
Оружия ни в штанах, ни в пиджаке не оказалось.
