В тени уединенного сада кипит страсть и натиск чувств. Любовь превращает его в безумца, решившегося на невероятное - выдать себя за замуж за невесту для собственной братнице. Вечерние тусклые лучи падают на его лицо, отливая сердцевинкой жалкого огонька надежды и обреченности....
– Ты куда делась? Авива Капитоновна тебя ищет, Дмитрий Козьмич волнуется… Что за ребяческие поступки?
За спиной барышни показался Пушкин, который предпочел появиться не сразу.
– Алексей Сергеевич? – проговорила Василиса, отступая. – Как вы… Что… Откуда…
Она не могла подобрать нужных слов.
– Василиса Ивановна, вы получили рано утром письмо для Гаи Федоровны?
– Нет, конечно… Горничная Наталья принимает утреннюю почту…
– Пришлите ее сюда, – попросил Пушкин.
Кивнув, Василиса отправилась на поиски.
Споткнувшись о порожек, Гая вошла и оглянулась.
– Могу быть свободна или по-прежнему арестована? Все, что знала, и так рассказала по дороге… Больше добавить нечего…
– Вы слишком доверчивы, Гая Федоровна, – сказал он. – Странное сочетание с вашим умом.
– Как жить, если не доверять близким людям? – ответила Гая, отводя глаза. – Простите, что доставила лишние хлопоты… Письмо принесу в Зеленую гостиную… Дом уже знаете, найдете…
Торопливо, почти бегом она поднялась по лестнице и скрылась за поворотом мраморных перил.
В прихожей тихо, как тень, появилась барышня в фартуке и коронке горничной. Она сдержанно поклонилась.
– Искали меня, господин Пушкин?
Прислуга в доме обязана знать имя жениха.
– Утром было доставлено письмо для Гаи Федоровны. Кто принес?
– Посыльный, – последовал краткий ответ. Горничная оказалась не из болтливых. Даже излишне строгая.
– Часто приносит корреспонденцию?
– Впервые видела.
– Будьте любезны описать его…
Наталья пожала плечиками, отчего крылышки фартука махнули и опустились.
– Неприметный человек… Невысокий… Лицо неприятное… – Тут она запнулась, будто что-то вспоминая. – Еще показалось странным, что он низко держится, будто спина старика.
– Посыльный горбился?
– Довольно сильно… Но почему спрашиваете, если это ваш посыльный?
Нечто подобного следовало ожидать.
– Посыльный представился от сыскной полиции? – спросил Пушкин.
Его смерили презрительным взглядом. Горничная составила не слишком высокое мнение об этом господине.
– Конечно, вы же сами его послали…
– Что он точно сказал, передавая письмо?
Очередную глупость жениха Наталья терпеливо снесла.
– Сказал: срочное сообщение для Гаи Федоровны Бабановой от чиновника Пушкина, ответ не нужен, – тоном классной дамы доложила она. – Что-нибудь еще от меня требуется?
Пушкину требовалось слишком многое, чего горничная не могла дать.
Он поднялся по мраморной лестнице и, обходя большую гостиную, прошел в Зеленую. Гая уже ждала. Она молча протянула сложенный и помятый листок.
