Танец со Тьмой доносился — шепотком, но все же услышала. Остановилась с удивлением, глядя на обычно бесстрастного преподавателя. Что не так? Сам же велел... Глиняный горшок даже не треснул, а мне уже прекратить воздействие? — Не двигайтесь, Нит… ваша… Арди… Вы же сейчас всё тут к гроршам… Да что "всё" то? Вон горшок целехонек, еще даже не начала....
Как будто я не смогу! — вдруг прорезалась в ее голосе обида.
Я искренне улыбнулась милой Талье.
— Я разберусь. Друзья… — обвела я ласковым взглядом родные лица. — Веселее, не на похороны идем! Помолвка — еще не свадьба. А сейчас, прошу, оставьте меня.
Пока я провожала друзей, незнакомые южанки уже развернули кипучую деятельность в моей гардеробной комнате под робкие причитания Тальи. Признаться, на какое-то время я и сама оторопела. Шумные, говорливые — видать, только в своем женском обществе и отводят душу, не смея открыть рот и поднять глаза при своих мужчинах.
Действительно, приволокли с собой пять или шесть сундуков и сейчас вынимали, раскладывали и развешивали их содержимое везде, где можно. На туалетном столике уже расположились многочисленные баночки, склянки, какие-то кисточки… Переливающиеся шелка устлали пол, выстроились рядком расшитые золотой нитью и камнями их смешные туфли с открытыми задниками и острыми носами.
Широкий подоконник примерил на себя роль ювелирного прилавка, сияя золотыми развалами на солнце.
Пока я силилась проморгаться он нестерпимого блеска и запаха терпких южных духов, наполнивших воздух, в комнату вплыла сама сиятельная Элмас и южанки моментально умолкли.
— Кезым, — расплылась шах-ханим в широкой улыбке.
— Шах-ханим-эфенди, — сдержанно ответствовала я.
Сложно улыбаться в ответ, когда еще час назад ясноглазая Элмас чуть не ядом брызгала. Всем своим видом я дала понять, что жду объяснений этому базару в моих покоях.
— Ты, верно, растерялась от радости… Но как же иначе? Это моя прямая обязанность — позаботиться о новой дочери, и мне это только в радость, — растекалась липким медом она. — Моему сыну нужна достойная жена, а для этого тебе, мой бриллиант, нужна достойная оправа. В Лесу мало смыслят в красоте и изяществе, но это поправимо.
Да как же, «случайно». Будто я не знаю, что дочери в шахской семье — та еще головная боль. Это сыновья наследуют трон или становятся наместниками в улусах, они всегда завидная партия. А вот дочерей выгодно пристроить редко получается.
