Танец со Тьмой доносился — шепотком, но все же услышала. Остановилась с удивлением, глядя на обычно бесстрастного преподавателя. Что не так? Сам же велел... Глиняный горшок даже не треснул, а мне уже прекратить воздействие? — Не двигайтесь, Нит… ваша… Арди… Вы же сейчас всё тут к гроршам… Да что "всё" то? Вон горшок целехонек, еще даже не начала....
Могли так же часами молчать, понимая друг друга без слов. И еще обоих охватило какое-то отчаянное чувство предрешенности происходящего, когда нет больше обязательств ни перед кем, только дорога и ставшие совершенно безумными последние ночи.
Ронард любил меня остервенело, и я отвечала тем же, предчувствуя… что? Скорую разлуку? Вынужденную потерю? Смерть?.."
"Я не знала. Но просто не могла насытиться им, не в силах разорвать эту связь, крепнувшую с каждым часом. И все сильнее убеждаясь — не отдам. Мой.
Ронард эмпат и интуит по своему природному дару. Он поэтому закрывается от всех, слывет холодным бездушным следователем и самым бесстрастным боевым магом. На мне его дар сбоил, как сам признавался, зато сейчас развернулся в полную силу. Я тоже изучала немного ментальную магию с мэтром Серенде. Пусть моя Тьма Изначальная не позволяет читать мысли и не может заставить кого-то подчиниться моей воле, для этого особые способности нужны, но ту же эмпатию и мне удалось немного расшевелить.
Оттого все тяжелее было разрывать объятия по утрам, словно вросли друг в друга: не телом — душой. Пустили корни, просто так уже не выдернуть, только с мясом, с сердцем.
И-Н-Келата встретила трауром и приспущенными флагами.
Оставлять меня одну в городе Ронард наотрез отказался, перенестись порталом сразу в его покои было нельзя — меня мутило от непосредственного контакта с любой чужой магией. Точнее, это семечко внутри будто противилось, причиняя нестерпимую боль.
