Автор
Мне кажется трудно смотреть на этот домашний ужас — стены покрыты червивыми трещинами, а пол весь порван до основания. Я задерживаю дыхание, чтобы ни одна слезинка не вылилась из меня при виде этого гниющего места. Затем поднимаюсь на вершину своего преступления и с глубоким чувством долга вручу червивую трость моей злополучной хозяйке, чтобы она знала — я ей должна....
Я просто молча смотрю на нее и жду, что будет дальше. Она часто-часто дышит, крепко держит сумочку, руки ее дрожат. Понимаю по ее реакции, что сам виновник торжества не в курсе, что она решила придти ко мне.
– И? – после минуты тишины не выдерживаю, спрашиваю.
– Мы спали с ним почти с самой первой встречи, – вскидывает подбородок, надеется меня ужалить, – он изменял тебе со мной!
Будь я влюблена в него, то расстроилась бы. Возможно, закатила бы истерику, а так, просто пожимаю плечами, и больше никаких эмоций не выдаю.
– Разбирайся с Антоном сама, Наташ, – вздыхаю, не нахожу сил больше ничего ей посоветовать, – у меня голова болит.
Открываю дверь и прошу ее уйти. Она делает шаг вперед, смотрит на меня неверяще, словно впервые видит.
– Ты же не оставишь моего ребенка без отца? – вдруг она теряет весь свой пиетет и надменность.
Глаза на мокром месте, в тоне дрожь и отчетливо проступающий страх.
– Причем тут я, Наташ? – грустно улыбаюсь ей, – разве ты не поняла, что нас с Антоном связывает отнюдь не любовь?
И закрываю дверь, оставляя ее ошеломленно стоять на лестничной площадке.
Глава 20
Приходит сообщение. От Антона.
«Сегодня приеду. Нужно срочно поговорить. Это важно».
«Ты добился, чего хотел. Увидимся двадцать первого».
В горле горький ком. Меня переполняет удушающий гнев, ногти с силой впиваются в кожу. Выкидываю мысли о нем и его семействе, захожу в кафе и вижу сидящую за столиком у окна Юльку.
– И как тебе снова жить с мужиком? – скептически спрашиваю, видя на ее лице легкую досаду.
– Да как-как, обычно, – тон простой, а вот сама так и светится изнутри, нравится новая жизнь.
В душе радуюсь за нее, но не подколоть ее просто грех.
– Да ладно, признавайся, большой у него? Вижу, что явно не малец, вся прям светишься, настроение людям портишь, – вгоняю ее в краску своим вопросом, до того алыми становятся щеки.
Вижу, как дергается сбоку женщина.
– Тетка справа явно услышала нас, – смеюсь, кивая в сторону, – видно, давно мужика не видела, так возмущенно отсела.
– Что с тобой? – встревоженно спрашивает у меня.
А я не могу никак контролировать эту язвительность. Не удается держать себя в руках. Внутри бурлит вулкан, так что залпом выпиваю бокал вина и с грохотом ставлю его на стол.
– Я выхожу замуж, – мрачно признаюсь ей и наливаю себе по новой.
