Просто... Он попросил ее об одолжении для своей... Этой. Видимо, одолжение не удалось. Слишком большое влияние на его жизнь. Настроение.
Я боюсь продолжения, поэтому делаю глубокий вдох и перебиваю:
– Я не думаю, что это связано с… Отношениями. У нас на работе сейчас…
Майя тоже не дослушивает. Откидывается на спинку диванчика и с горькой улыбкой смотрит на фонтан.
А я перевариваю, раскачиваясь на качелях.
– Его работа нас тоже волнует, но раньше он только туда нас не пускал. А теперь…
– Вы думаете он связался не с той?
– Думаем, да. Если бы с той – он бы ее не прятал. Мы же не враги, правда? А раз скрывает…
Настроение снова слетает с горки и плюхается в наполненный нечистотами бассейн.
Я откладываю вилку и сжимаю ручки пакета.
– Май, извини, но мне уже нужно бежать. Думаю, у Вячеслава Евгеньевича все под контролем, вы можете не переживать. Я знаю его недолго, конечно, но он не кажется мне человеком, который может позволить «не той» нанести себе вред. Может быть ему просто нужно какое-то время, чтобы…
Вряд ли Майя правильно понимает мой сумбур, но смотрит внимательно. Слушает. Кивает.
А я достаю из сумки еще одну купюру. Даже не смотрю на номинал. Кладу на стол и встаю.
Увидев деньги, младшая Тарнавская распахивает глаза широко-широко. Тянется за ними и вытягивает мне:
– Да ты что… Я же пригласила. Даже не думай, Юль!
Но я не отступаюсь. Мотаю головой и делаю шаг назад.
– Я рада была повидаться, Майя. Только, пожалуйста, не говори своему брату, что мы встречались. Не хочу проблем.
По официальной версии Влад уехал сегодня вечером. И этим же вечером на пороге моей съемной квартиры появляется Слава Тарнавский.
Хорошо это или плохо? Радоваться или нет? Я не знаю.
Впрочем, как не знаю и открывать ли.
Ангел с демоном, рассевшись на моих плечах, устроили настоящий балаган.
Судья жмет на звонок, вряд ли зная, что я стою посреди коридора, растирая те самые плечи и мучаясь сомнениями.
Мне страшно увидеть его впервые. Выдать себя или дать слабину.
Я много думала о словах Майи. Мне кажется, они могут как ладно лечь в сложившуюся уже картину, так и разрушить ее к чертям. Непубличность наших отношений может быть свидетельством их важности и защиты?
Вздыхаю. Пока не передумала – подхожу к двери. Ангел ликует. Демон… Он нас предупредил.
Мы с судьей не пересекались взглядами пять бесконечных дней. И первая же моя эмоция – слишком яркая. Кажется, что непобедимая. Я его люблю.
Черт. Я так его люблю!
Дыхание учащается.