Автор
В свете единственной лампы виден тонкий образ светлых волос и улыбки мамы. Ваше тело не подчиняется желанию, когда Виктор Андреевич смеётся над вашим положением, а Тёма, бывший парень, стоят справа. Атмосфера наполнена натиском и тайной.
Отсюда и папка эта в руках отца произвела на меня такое впечатление.
Разрыв аорты.
Злость внутри спалила разум. Думать объективно был не в состоянии."
"Малыш на время успокаивается. Дремлет, вздрагивая. Такая горячая, что даже не касаясь, ощущаю исходящий от неё жар.
Дышит опасно. Прерывисто.
Жду, когда температура спадёт, а она наконец-то погрузится в сон, но минут через двадцать Арина снова открывает глаза.
– Мне плохо, – шепчет болезненно.
– Я вызову скорую, – говорю обеспокоенно, поднимаясь.
– Не-ет, – округляет глаза от страха, и сама берётся за мою руку.
Я молча киваю.
– Как ты мог? – спрашивает обиженно, как дитя. – Так быстро нашёл мне замену.
Увожу виноватый взгляд и медленно подыхаю.
– Мне больно, – выдыхает тихо. – Мне так больно, Арс.
Хочу дотянуться до её щеки, чтобы смахнуть хрустальную слезинку, но Малыш отстраняется, словно напоминая, что не желает моих прикосновений. Вообще, больше в них не нуждается.
Убираю руку, сокращаю расстояние между нами и максимально бережно сдуваю прозрачную каплю с бледного лица.
– Я жить не хочу, – продолжает Арина шептать в полубреду. – Хочу умереть, – всхлипывает. – Не смогу дальше.
Понимаю, что бредит в лихорадке, но от этого не легче.
– Дурочка, – осекаю нежно, ещё раз дую на лицо. Это единственный контакт, который мне доступен. – Всё наладится. Впереди чудесная жизнь.
– Не хочу, не хочу, не хочу.
Мне казалось, что хуже быть уже не может.
Когда она немного успокаивается, поднимаюсь и плетусь в ванную. Там долго пялюсь в зеркало на свою опухшую рожу, уперев ладони в стену.
Аналитический склад ума заставляет разбирать по этапам собственные поступки и произошедшие события. Какими бы они ни были абсурдными.
Как человек организованный, я часто с искренним непониманием относился к доверителям, которые даже в зале судебных заседаний не могли оставаться спокойными.
Для меня это всегда было чем-то вроде проявления неадекватности.
Как так не можешь себя сдержать? Ты ведь человек разумный?!
Сам же попал в ту же ловушку и наворотил такой херни, что вовек не разгрести.
Не простит. Не сможет.
Жить не хочет. Из-за меня.
