Автор
В предательской истории о Марисе и Булате, когда подруга внезапно заявляет, что её муж изменял ей, вы погружаетесь в напряженную драматическую сцену. Тревожная атмосфера обволакивает из-за неизвестности и непонятности происходящего, пока Мариса делится своим вероломным секретом....
— Ну, мы не суд, чтобы запрет выдавать, но можем проводить до дома.
— Вообще-то, можете.
Я скрещиваю руки на груди и победно улыбаюсь, когда на горизонте появляется Ильяс.
Вот теперь всё хорошо.
И план сработал.
Глава 20
Ильяс быстро объясняет полицейским, что именно нужно и на каких основаниях.
Мужчина даже не пытается создавать видимость того, что это не спланировано. Пользуется эффектом неожиданности.
А Булат на время теряется, а когда включается — уже слишком поздно. Несколько посетителей дают показания.
Я потираю запястье, но это маленькая плата.
Получить запрет на приближение через суд — сложно, нужны доказательства. И это долго.
Но, оказывается, полиция может выдать временное постановление. На десять дней. Если у них, конечно, будут доказательства насилия на месте.
Доказательств — выше крыши.
А Ильяс с готовностью подсказывает, что именно нужно записать и как, сам составляет текст моего заявления.
Булат пытается спорить, напрочь забыв про меня. Давит своим авторитетом и знакомствами, но ему дают понять, что это не сработает.
Слишком много свидетелей.
Ещё и видео подростка, которое Ильяс просит скинуть ему.
— Спасибо вам большое, — улыбаюсь полицейским. — Вы мои спасители.
Мужчины расплываются в довольных улыбках, а Ильяс поспешно выводит меня из кафе.
Его машина стоит прямо перед входом, чтобы нам никто не помешал уехать. Запрет это хорошо, но не гарантия.
— Лисица, — Ильяс улыбается. — Всегда льстишь мужчинам?
— Они правда меня спасли, — пожимаю плечами, защёлкиваю ремень.
— Я думал это я тебя спас. Где моя благодарность?
— Ну, свободные звания закончились. И вообще, это моя идея.
— Твоя идея? Ах, почему вечно всё нужно через этот дурацкий суд! Это всё, что ты сказала. Уже я продумал и нашёл выход.
— Но придумал же благодаря мне? Не спорь! — взмахиваю пальцем. — Я твоя Муза, так и признай.
— Боюсь, тогда моя сестра насильно затянет нас двоих в ЗАГС.
Мы оба улыбаемся. Оба недовольны своими слабыми подтруниваниями.
Но, конечно, Ильяс прав.
Совместили две цели вместе. И от Миланы подтверждение получили, и запрет греет душу.
Возможно, Усманов не станет его придерживаться.
Но для судебного дела по разводу — это станет существенным дополнением.
— Я боялась, что ты не успеешь или что-то случится, — признаюсь, зажимая ладони коленями. — Ты не писал. Ещё и был далеко. И…
— Я своё слово не нарушаю, Аль.
