Автор
В предательской истории о Марисе и Булате, когда подруга внезапно заявляет, что её муж изменял ей, вы погружаетесь в напряженную драматическую сцену. Тревожная атмосфера обволакивает из-за неизвестности и непонятности происходящего, пока Мариса делится своим вероломным секретом....
Резко отворачиваюсь к окну, словно наблюдаю за чем-то непотребным.
— Ещё немного покатаемся и домой, — обещает Ильяс, не замечая, что мне не по себе. — Соскучилась за сыном?
— Да. И за возможностью нормально с ним гулять.
— Ну, это ты теперь можешь.
— Разве? Вряд ли Булат станет бояться какой-то бумажки. Ничего не помешает ему снова ко мне подойти. Это ведь нужно было для суда.
— Вообще-то, он станет.
Я поворачиваюсь к мужчине. Ощущение такое, что это просто шутка. Но Ильяс бы не стал издеваться таким образом.
Но предписание…
Оно ведь не остановит Булата.
Не сделает меня сразу защищённой.
— Он не будет сейчас нарываться, — продолжает Ильяс. — И так уже у нас иск про клевету, предписание. Нарушит — это ещё один пункт для суда.
— То есть…
— У тебя десять дней отпуска, Аль, — Ильяс ободряюще подмигивает. — Можешь насладиться этим временем. Булат тебя не побеспокоит.
— Спасибо-спасибо-спасибо.
Наверное, не так нужно благодарить адвоката. Им полагается хорошая плата и, может, бутылочка элитного алкоголя.
Но я бросаюсь на Ильяса, висну на его шее. Обнимаю, потому что из меня так и плещется радость.
Булат ко мне не подойдёт.
Уиииии.
Ура!
Если бы не была в машине, то топала бы ногами от радости и скакала на месте.
Поэтому приходиться лишь обнимать Ильяса.
— Я мокрый, — в голосе мужчины сквозит неуверенность, но после его ладони касаются моих лопаток. — Ещё заболеешь.
— Ты заслужил звание, — произношу восторженно. — Получше спасителя. Ты мой герой.
— Это обычное предписание, Аль. Ничего особенного.
— Помолчи и прими благодарность.
Я отстраняюсь. Сияю улыбкой. Я даже не думала, что всё обернётся так.
Я просто хотела документ для суда.
Ну и видеозапись не помешает для интервью.
Но то, что запрет выполнит свою основную задачу…
Я на это совсем не рассчитывала! Поэтому для меня это полнейший шок.
— Спасибо, — повторяю, запрокидывая голову. — Для меня это ценно. Ты даже не представляешь.
— Аль, — Ильяс улыбается, но как-то криво.
— Сделал. Правда. Ты… Лучший.
Я заканчиваю фразу скованно, только сейчас доходит, что именно я творю.
Я практически повисла на мужчине, руки обвиты вокруг его шеи. Ещё и лица неприлично близко.
Увидь нас кто — явно бы подумал что-то превратное.
Я и сама думаю.
Отскакиваю от Ильяса как будто обжёгшись, бьюсь локтем о дверку. Сдерживаю стон боли, чтобы не сделать ситуацию ещё более неловкой.
