Дальше он повторяет инструкции, что надо включать это видео на рассвете, духовно мне оплодотворять на рассвете и собирает камни в холщовый грязный мешок.
Уходит, что-то буркнув неразборчивое под нос, и Вячеслав направляет камеру на меня.
Снимает мое лицо, грудь живот и спускается все ниже и ниже до пальцев ног. Обходит кровать, чтобы запечатлеть меня с другого ракурса, поправляет волосы и пробегает пальцами по шее.
Меня всю передергивает, и зажмуриваюсь, прикусив кончик языка. Мерзко и липко.
— Цветочек…
Рвотный спазм, и я прижимаю ладонь ко рту.
— Этот ребенок будет сильным. Тем, кто сможет продолжить мой путь и мой род. Он будет особенным.
— Больной ублюдок, — шепчет Гордей.
— Ты обещана моему сыну, — вздыхает Вячеслав, — и его дети здоровьем вышли, а духом — слабые, как и он сам… Я должен вам помочь родить истинного наследника этой семьи. А теперь оденем тебя.
Он откладывает телефон так, чтобы было меня и его видно. Вероятно, ему важны не только танцы шамана, но и приятные воспоминания, как он меня всю обжамкал, пока натягивал трусы.
На моменте, когда он надевает футболку на меня, он целует меня в шею и делает глубокий вдох.
— Цветочек… и пахнешь как цветочек… Родишь нам сына…
Хорошая новость в том, что никто в меня не совал свой старый отросток, однако это не отменяет того, что меня облапали с поцелуями и буквально обнюхали.
— Такого я не ожидал, — Гордей медленно закрывает ноутбук. — Он как-то раз однажды шутил перед одной важной сделкой, что надо у гадалок спросить, какой результат ждать… но это была шутка.
Шутка же.
И смотрит на меня, а я сглатываю:
— А вот мне он лечил, что он был у одной тетки и просил, чтобы она пошуршала над тобой… чтобы ты третьего ребенка захотел…
— Ляль, какого хрена? И ты мне не сказала?
— Это же была шутка…
— Вот очередная шутка с бубном плясала в нашей спальне! — повышает голос, а после понижает его до шепота. — Извини… Я просто… просто…
Отходит к окну и сползает на пол. Вытягивает ноги и переводит на меня взгляд:
— Я просто в полном ахуе, — смеется на грани истерики.
— Похоронил, блять, отца.
— Да я знаю, что Гордей Вячеславович у себя, — слышу голос Веры за дверью. — У меня отчет. Ага.
— Оставь тут, я передам.
— Он меня вызывал.
— Врешь и не краснеешь, Вер. Он там с женой.
— И что? — голос Веры, как всегда, высокомерен и ядовит. — И с женой его я хорошо знакома.
Глава 47. Вера, прекращай
— Вера, блять, проваливай! — рявкает Гордей.
Несколько секунд молчания и ответ:
— А вот нет.
