Автор
В темное время суток, когда осенняя луна скрывается за облаками, Суль, вихрем пронзающая лес, охотится на шаткую небесную землю. Непогода дрожит у нее в руке, как штормовой ветер — она чувствует себя свободной, как деревья, скрипя и треща под ее шагами.
— Ему нужно дать попить, — продолжала Суль. — Нехватка влаги самое опасное.
— Вода здесь плохая, — сказал печатник, — мы используем ее только для работы. Но у нас есть немного вина…
— Выдержанное? — спросил судья.
— Первоклассное.
— Попробуем, — сказала Суль, сомневаясь в этой характеристике. Пока мужчины наливали вино, она теребила мальчика.
— Я не могу ничего сделать, пока он не проснется, — сказала она. — Ну, просыпайся же, маленький авантюрист!
Она слегка ударила мальчика по щекам, но отец возмутился.
— Нет, не надо! — запротестовал он.
— От этого ему не будет вреда, — отрезала Суль. — Вот! Он проснулся!
Щурясь на свет, мальчик осторожно открыл глаза.
— Благодарю тебя, Господи! — прошептал граф. Суль не была согласна с ним по части того, кого ему следует благодарить, но мудро промолчала.
— Дайте скорее вина, — сказала она, — а то он уснет опять…
Все окружили мальчика. Тот сделал пару глотков, на лице его появилась гримаса, и он принялся громко плакать.
— Ну, ну, папа здесь, — пытался успокоить сына граф, беря его из рук Суль. — Теперь все в порядке!
Мальчик снова заснул — или потерял сознание — у него на плече. Глаза графа наполнились слезами, с которыми он никак не мог, справиться. Слезы текли неудержимо — это были слезы благодарности.
— Ему необходимо как можно скорее дать общеукрепляющие средства, — сказала Суль, идя рядом с графом и не спуская глаз со спящего. — Вы позволите мне ухаживать за ним?
— Конечно, если Вы будете так любезны! Но не говорите ничего моей жене, — попросил он.
В доме началась бурная деятельность. Взбудораженные слуги носились туда-сюда, повинуясь указаниям Суль. Грязная, зловонная одежда была снята, мальчика искупали. Он снова проснулся, и Суль дала ему теплый грог со всеми имеющимися у нее укрепляющими средствами. Ей нравилось быть центром всеобщего внимания, представляя дело более значительным, чем оно было в действительности, давая понять каждой своей позой и сдвинутыми бровями, что принимает важное медицинское решение.
Глядя на нее Даг улыбался: уж он-то знал свою сводную сестру!
Мальчика вынули из ванной, быстро вытерли теплым полотенцем, няня надела на него сухую одежду, его маленький поцарапанный нос аккуратно смазали. Все были счастливы.
— Он ведь вернется к жизни? — спросил граф у Суль.
