Константин Киба, бывший Первый Хранитель, оказывается в смертельной ловушке в незнакомом мире. Он просыпается в металлическом гробу, где ему предстоит выжить против врагов и загадочных обстоятельств. Новая сила порождает новых врагов, и теперь ему нужно найти выход из этой ситуации.
Взамен он просил всегда одного — не разочаровывать его. Именно присутствие дяди заставило Патрика предварительно так надавить на Кибу. Не должно было случиться ничего, что повлияло бы на благополучный исход боя.
Рассмотреть дядю Монтано не получается. Он сидит на задних рядах, куда не попадает свет от прожекторов.
— СКОЛЬКО ЖЕ КРОВИ! ПРИДЕТСЯ ДОЛГО ОТТИРАТЬ ЯМУ, НО ТАКОВА ЖИЗНЬ! КИБА ДОЛЖЕН БЫЛ ПОНИМАТЬ ЦЕНУ ВЫЗОВА АРИСТОКРАТА НА БОЙ! ЖИЗНЬ ОБОШЛАСЬ С НИМ ЖЕСТОКО, НО СПРАВЕДЛИВО!!!
Диктор своей пустой болтовней сильно отвлекает Патрика.
Звук на этот раз откуда-то сверху. Патрик вздергивает голову, но ожидаемо ничего не видит, кроме купола и слепящего света прожекторов.
Руку что-то задевает. Патрик вздрагивает, трясет ее, поднимает к глазам, и…
Дрянь. Его панические движения точно заметили.
Спокойно, Патрик. Ты во всем разберешься. Как всегда.
— Ты такое разочарование… Патрик…
Вот опять! Патрик резко отступает на шаг, смотрит по сторонам. На этот раз холод по спине появляется не из-за мерзких ощущений по всему телу, на которые он уже не обращает внимания, а на шипящий, такой знакомый голос где-то под ухом. Это точно дядя Монтано. Его сумма разума необычная. Он единственный, кто может пользоваться телепатией из всех, кого Патрик знает.
Дядя испытывает его? Ему не понравилось, как был убит Киба? Слишком неэлегантно?
Патрик смотрит в дальние ряды, туда, где сидит Магнар.
«Дядя Монтано, вы слышите меня?» — думает Патрик. — «Вы должны понимать, что этот Киба непростой. Я…»
Снова эти звуки и ощущения по всему телу!
Это плохо. Дядя недоволен, и, похоже, это его рук дело. Патрик пытается поставить заслон на свою волю, но он лишь недавно стал осваивать такую защиту. И это ему дается тяжело. Одно только упражнение по очищению разума от мыслей чего стоит.
Вроде защита работает. Патрик испытывает чуть меньше этих отвратных ощущений. Но непонятных звуков становится еще больше:
Т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т!
«Дядя Монтано, я выиграл. Пусть и не самым достойным образом, но не вы ли говорили, что у победы может быть самая разная цена?»
Не слушай это, Патрик. Очисти свои мысли. Без паники. Дядя часто испытывает своих «птенцов». Именно так он называет своих учеников.
— Т-т-т-т-т-т-т-т-т-т…
Не получается. Концентрация теряется.
— МЕДИОКРИС ПАТРИК ЭДВАЙС!!! ВЫ ДОЛЖНО БЫТЬ… — пауза, диктор запнулся.
