На Приморской, где таксисты боятся останавливаться даже на минуту, произошла непростая встреча. Здесь живут наркоманы и алкоголики со времен сталинского режима, когда их называли "морфинистами" и лицами уклоняющимися от общественно-полезного труда. Прошло много лет, и ничего не изменилось. В этом месте начинается история о непростом расследовании преступления....
Дядя Федя был дома, приезд следователя Генеральной прокуратуры России в сопровождении оперативного состава его взволновал, однако объяснение случившемуся он нашел сразу, едва увидел сидящего на заднем сиденье «Волги» Пикулина.
– Ах, ты… – прохрипел дед, наблюдая, как Сашка в дружеском приветствии приподнимает соединенные вместе и скованные наручниками руки. – Гражданин следователь Генеральной прокуратуры, я хочу сделать несколько заявлений.
Деда усадили в «Волгу», но он продолжал разоблачения и там:
– Обман пассажиров, езда по самым длинным дорогам Холмска – вот основной принцип работы таксиста Пикулина! Я не раз замечал, как он использует служебный транспорт в личных целях, гражданин следователь! У него прошлое нечисто! Я открою вам глаза – он судим… – Мысль о том, что Пикулин в угоду собственным мелкочастническим интересам, выпрашивая милостыню у правосудия, начал сдавать всех направо и налево и что в число этих сдаваемых попал он, не давала пенсионеру Чигорину покоя.
– Ну, ты даешь, дед, – искренне удивлялся Сашка.
– Я почти полный кавалер орденов Славы, – продолжал дядя Федя краткий экскурс в свою биографию. К тому моменту, когда среди заснеженной низины близ Брянцева появились первые самостийные постройки, у Кряжина начало ломить в висках. – Я воевал против финнов в сороковом, я грудью встретил немцев под Москвой. Я прошел Будапешт и Прагу, Вену и Бухарест! Я дошел до рейхстага и написал на нем…
– Я представляю что, – вторил Пикулин, разглядывая в окне постройки.
– И сейчас меня, как вора, по доносу ранее судимого элемента везут куда-то…"
"Его попросили показать дачу, построенную на «кровные». Кровных ветерана войны, хотя бы и финской в придачу, на постройку двухэтажного домика с мансардой явно бы не хватило, но объяснение нашлось и тут:
– Вы видите? Вы видите?! Нет крыши, нет! Я пенсионер, у меня нет средств даже на то, чтобы покрыть крышу!
– Это очень хорошо, – как-то загадочно и нехорошо поддержал старика Кряжин. – Это очень хорошо, что над кладкой вы не успели построить крышу.
– Помню, – сказал дед. – Я все помню. Было дело, я его встретил. Потом еще раз, на помойке. Он в баке пропитание искал.
– Тогда скажите, где те кирпичи, которые вы везли в прицепе?
– Не было кирпичей, – совсем уже глупо запротестовал старик.
Около часа ушло на поиск правды.
