У него вообще не было никаких желаний, кроме одного – залезть в горячую ванну, а потом в теплую постель. Однако в ближайшее время это Щукину явно не светило.
Возле какой-то забегаловки, вроде той, куда Щукина приводил бородатый художник Миша, Григорий неожиданно притормозил.
– Погоди, – сказал он, – у тебя деньги какие-нибудь остались?
– Какие-нибудь остались, – устало ответил Щукин и подумал, что голос у него теперь, должно быть, похож на голос Студента.
– Пойдем, выпьем по сто граммов, – предложил Григорий. – Хоть погреемся, а то так можно и воспаление легких схватить.
«И правда, – подумал Щукин, – сто граммов сейчас не помешают. Шутка ли – всю ночь провести по щиколотку в воде. Я так замерз, что, если бы нам подали водку горячую, я думаю, выпил бы ее без отвращения».
Забегаловка в такой ранний час оказалась открыта, и мало того – полна похмеляющегося народа, на фоне которого Щукин с Григорием смотрелись не так диковинно, как на фоне спешащих на работу людей.
Николай занял длинноногий столик, пить за которым можно было только стоя, и в ожидании ушедшего за выпивкой Григория уставился в окно.
– А вот и я! – появился изрядно повеселевший Григорий.
«Тяпнул, что ли, прямо у стойки, не дожидаясь меня? – устало подумал Щукин. – А, плевать… Вон – улыбается. Странно выглядит улыбка на покрытом синяками и ссадинами лице».
– У меня тут одна мысль появилась, – закуривая, сообщил Григорий.
– Знаю я твою мысль, – усмехнулся Щукин, – еще взять. Два по двести.
– И это можно, – согласно кивнул головой Григорий, – но у меня более конструктивное предложение.
– Я тут вспомнил, – начал Григорий, – когда мы в яме были и разговор Студента с Петровичем слушали… Вспомнил одного мужика, у которого Студент как-то жил. То есть я на зоне раз со Студентом разговорился, мы общих знакомых обсуждали. Так вот, этот мужик оказался нашим общим знакомым. Можно к нему съездить и поговорить с ним. Может, он знает, где Студента найти. Насколько я помню, у него со Студентом довольно хорошие отношения. Как ни странно…
Усталость Щукина после этого сообщения мигом прошла. Хотя вполне возможно, что это водка так подействовала…
– А что это за мужик такой? – осведомился он.
– Хороший мужик, – ответил Григорий, – Паганини зовут.
– Как? – удивился Щукин.
– Паганини, – повторил Григорий.
– Это что – его настоящее имя?
– Да нет! – рассмеялся Григорий. – Кликуха. Он старый уже дед. Воняет от него погано, вот и зовут так – Паганини.
– Понятно, – усмехнулся и Николай.
