Вечер стучал в окна зловещими колоколами, а я уже готов был распечатать последний акт приближающейся к нам ужасной трагедии. В охране офиса стало так скучно и монотонно, что казалось каждый час превращается в вечность. Теперь мне предстоит стоять с порога и держать под контролем все, кто проходит через эти двери — будь то важные клиенты или злостные кражи, готовые пойти на крайние меры....
Мне было искренне жаль его. Но я подавил в себе это чувство – мы оба знали, на что шли, и кто-то из нас должен был проиграть.
Заметное оживление в достаточно мрачную, окрашенную в темные, как венозная кровь, тона атмосферу состязаний внес веселый, артистичный, обладавший обаятельной улыбкой итальянец по прозвищу Гарибальди, выступавший после меня. К моменту своего выхода на ринг он уже растрезвонил на весь колизей, как храбро дрался отец его отца против конницы из экспедиционного корпуса Муссолини, и сообщил, что он – посмотрите на эту восхитительную фотографию! – вылитый дед.
Гарибальди вчистую выиграл по очкам у бойца из Таиланда, применявшего весьма нестандартные способы защиты и нападения. Я с удивлением узнал, что в кунг-фу, помимо ударов головой, плечами и бедрами, есть удары ягодицами. Таиландский боец еще раз напомнил зрителям, что на заре возникновения кунг-фу его называли «тайным боевым искусством простолюдинов».
Любимцем публики, наряду с Гарибальди, стал и Сиднейский Кенгуру, отличавшийся умопомрачительными прыжками и сальто. Он, как неуловимый Джо, порхал по рингу, резиновым мячиком скакал от ограждения к ограждению, взлетал вверх и, обрушивая на своего соперника град ударов, в немыслимом кувырке приземлялся на ноги. Не знаю, как насчет Маугли, но этот точно воспитывался в семействе кенгуру и перенял у них все их повадки. Своего француза-визави этот сиднейский попрыгунчик вырубил попаданием колена, кулака или пятки в ключицу – я так и не понял, чего именно.
"Последний, завершающий этап отборочного турнира, в ходе которого должно было отсеяться еще двадцать пять человек из оставшейся полусотни, прошел, как в яростном сне. Киллер на сей раз не убил вышедшего на ринг соперника, но нанес ему тяжелые увечья: теперь бедолагу могла спасти только всесильная тибетская медицина. Железная Ладонь надолго успокоил своего противника ударом «желтая иволга пьет воду» – подъемом стопы в промежность, чем упрочил немеркнущую славу школы монастыря Шаолинь.
