На самом деле побагровел кавалер вовсе не потому, что глупо пытался вскрыть бутылку, а из-за неприятной новости о дороговизне напитка. О том, что некоторые вина стоят дороже машины, он слышал, и однажды даже заходил в такой магазин, побродив вдоль прилавка и возмущенно поцокав языком при виде ценников. Теперь он воочию убедился, что такие бутылки не только выставляют на витрине, чтобы поразить хрупкое воображение рядовых советских граждан, но и употребляют внутрь.
– Это правильно. – Николай неуверенно кашлянул в кулак. – А то такого могут набодяжить, что потом обдр…
Он резко осекся и снова покраснел. Речевые центры выходили из-под контроля, хотя хозяин был пока трезв как стеклышко. Николаю даже страшно было подумать, что могло случиться дальше. Маргарита действовала на него как раздражитель, заставляя постоянно напрягаться в дурных предчувствиях. Он ощущал себя так, словно устроился в цирк воздушным гимнастом, и вот-вот его забросят кувыркаться под самый купол, где и выяснится, что химики к цирковому искусству непригодны.
Маргоша после пары бокалов вина взглянула на предстоящее мероприятие другими глазами. Месть уже не казалась привлекательной, а Коля ассоциировался со слизнем, которого хотелось срочно удалить из своего жизненного пространства и тщательно замыть оставленный им липкий след. Это желание усилилось после того, как кавалер приступил к горячему. Не дожидаясь, пока спутница начнет есть, он схватил руками веточку укропа, затолкал ее в рот и возбужденно ткнул вилкой в кусок мяса, обильно залитый темно-коричневым соусом. Мясо не прижилось. Вылупив глаза, Коля широко раззявил рот и вывалил обслюнявленную телятину обратно в тарелку. После чего принялся загонять в рот мощными взмахами рук пролетавший мимо воздух. Судя по высунутому языку с налипшими укропинками, вентиляция не помогла. Маргоше захотелось немедленно ткнуть кавалера вилкой, чтобы он переключился на какие-нибудь другие впечатления и захлопнул свою пасть с желтыми лошадиными зубами. То, что она нарочно заказала острейший мексиканский соус, нисколько не оправдывало его поведения.
Пренебрегая правилами этикета, Маргоша снова налила себе вина, поскольку Коля оказался недееспособным рыцарем, негодным на героические подвиги типа молчаливого поглощения малосъедобной пищи и своевременного отоваривания дамы спиртными напитками. Третий бокал неожиданно ударил в голову уставшей за день Маргарите, и она развеселилась.
