Автор
В темной квартире царит атмосфера напряженности: только молодые родители понимают смысл подросткового отчаяния, когда звонок целителя нарушает дневной сон. Тата проверяет безопасность дома, несущего в себе опасность и страх одиночества.
Неожиданно останавливаюсь, резко поднимаюсь, лицом к лицу, под разочарованный мучительный стон. Ногу ее задираю повыше…
Одно движение — расстегнуть ширинку.
Второе — в нее. Рывком. До упора.
И дааааа… Сука, даааа!
Это как раз то, что мне надо! Это — то, чего недоставало! То, от чего мир мой превращается в расписную детскую игрушку, из тех, что непременно приносят радость! И никаких пони, срущих радугой. Все круче.
Гораздо, гораздо круче.
Вера настолько заведенная, что скольжу легко и быстро, до основания и назад, все ускоряясь, смотрю в ее сумасшедшие глаза, дурею еще больше, целую, заставляя слизывать с моих губ вкус собственного возбуждения.
Раньше я этого не делал. Не целовал ее в губы, после такого.
И, судя по всему, зря. Потому что Вера буквально набрасывается на мой рот, отвечает, стонет уже не сдерживаясь, наплевав на все на свете. И на то, где мы находимся, и на свои какие-то дурацкие принципы, и на то, насколько я неподходящий для нее парень.
Ошибаешься ты, Злючка. Я — единственный подходящий тебе парень теперь.
Жадно вылизываю ее рот, сжирая практически, имея не только членом, но и языком, так, чтоб запомнила, чтоб ни одной тупой мысли в голове, чтоб только я, только меня, только обо мне!
Учитывая свое дикое состояние, удивительно, что вообще в башке хоть какие-то мысли бродят. Но те, что бродят, мне нереально нравятся. И заводят еще сильнее.
Вбиваюсь в нее уже совсем бешено, надеясь только, что дверь кабинета экспертов выдержит. Потому что я планирую не останавливаться на достигнутом.
У них тут диван еще есть.
Вера кончает неожиданно даже для самой себя. Глаза распахиваются неверяще, губы раскрываются, я успеваю вовремя запечатать их ладонью, двигаюсь дико и жестко, ощущая, как дрожит, как сокращается, как бессвязно мычит мне в пальцы. И смотрит, все время смотрит на меня, не отводит взгляда. И глаза у нее — проводники на ту сторону кайфа. Беспредельного. Я тону, умираю, задыхаюсь…
И догоняю. Буквально в пару движений.
И затем минуту не могу выдохнуть нормально.
— Коля… Коля… Ты с ума сошел… Ты что…
Это вот зря я пальцы от ее губ убрал. Исправляюсь."
"Она смотрится нереально горячо с запечатанным моей ладонью ртом. Глаза, блестящие, в них постепенно появляется осмысленное выражение. И испуг. И смущение. И ярость.
И злость, куда же без нее.
