В темном переулке встретил двух парней в лакированных кроссовках и тяжелых куртках. Их громогласные приветствия на фоне редкого проезда напоминают тревожное морковье в серой ночи, создавая острое ощущение неуловимого подтекста и непонятных связей.
– Вот, – и он продемонстрировал дубинку-раскладушку. Точно такая же, лучшая подруга девушки, была и у пострадавшей. – Увидел, что она в тебя стреляет, и приложил. Претензии?
– Никаких.
– Жалко стало? – полюбопытствовал Володя.
– Нет, пожалуй, – признал я. – Просто ее попросили оставить в живых.
– Носильщика вызывали? – в комнате появился Котов, теперь уже с двумя чемоданами.
– Сколько же их у вас? – изумился я.
– Хватает. А кто второй потащит?
– Угадай, – Володя поднял из кресла за шиворот слегка пришедшего в себя Первухина.
– Опять ты меня уделал, Стасик, – криво улыбаясь, прошипел он, и тут же обвис тряпкой на кулаке Лопатина.
– Тебя, кажется, просили не называть его так, – и, обращаясь к Сане, – чего ждешь? Коли, пакуй, вези. Да, не забудь вызвать на объект Айболита. Даме придется гипс накладывать.
– Сделаем.
Уже стоя в дверях с двумя чемоданами в хилых ручонках, Котов обернулся ко мне.
– Ты здорово попал, Стас.
Я удивленно посмотрел на Володю.
– Даже не представляешь, сколько он может выпить, – пояснил тот – Просто человек-аквариум какой-то.
Утро нового дня я встретил на ступеньках «объекта», совсем небольшого невзрачного домишки в ближнем Подмосковье, зато с подвалом.
– Ну и денек! – неслышно подобравшийся Котов, уселся на ступеньках по соседству. – Пытать-то не надоело?
– Да вроде никого и не пытали.
– Это я так, к слову. Видок у тебя, кстати...
– Это точно, – кивнул я. Чувствовал я себя, к слову, намного хуже, нежели выглядел. Впрочем, по порядку.
Как и следовало ожидать, супермен Юра «потек» сразу же.
По ходу нашей милой беседы неожиданно всплыло такое, что я поначалу не поверил собственным ушам, а потом уже попросил ребят выйти и еще добрый час допрашивал этого красавца самостоятельно.
С Дашей, напротив, пришлось повозиться. Бледная, с закушенной от боли в сломанной руке губой, она, было, попыталась изобразить партизанку на допросе в гестапо.
– Алло, Стас! Ты где? – его голос немного выдернул меня из ступора.
– Да, здесь я, здесь.
– Узнал много нового?
– Не то слово.
– И что теперь?
– Да ничего. Работаем по прежнему плану, но с небольшими изменениями и дополнениями.
