Боевой оперативник ГРУ Станислав Кондратьев считал своё тёмное прошлое закрытым навеки. Но внезапно оно возвращается, угрожая жизни владельцев крупной компании. Теперь герою предстоит раскрыть опасную игру, где каждый может быть врагом, а доверие стоит дороже жизни.
Раздел Chitat.online для книги «Притворщик» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боевой оперативник ГРУ Станислав Кондратьев считал своё тёмное прошлое закрытым навеки. Но внезапно оно возвращается, угрожая жизни владельцев крупной компании. Теперь герою предстоит раскрыть опасную игру, где каждый может быть врагом, а доверие стоит дороже жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боевой оперативник ГРУ Станислав Кондратьев считал своё тёмное прошлое закрытым навеки. Но внезапно оно возвращается, угрожая жизни владельцев крупной компании. Теперь герою предстоит раскрыть опасную игру, где каждый может быть врагом, а доверие стоит дороже жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сила рукопожатия его ладошки размерами со штык совковой лопаты была способна заставить заорать от боли булыжник. Он играючи выжимал лежа сто восемьдесят килограммов на десять раз, щеголял в кожаном прикиде и снимал бандану только отходя ко сну. Ездил на раритетном «Харлее» и проводил свободное время в байкерской тусовке, где был известен под милым прозвищем «Душегуб»."
"Спец он был от бога, один из лучших и самых дорогих на Москве. Работал только на себя, хотя заманчивые предложения поступали часто, однако все попытки хоть как-то адаптировать этого флибустьера к среде офисного планктона всегда заканчивались его громогласным «Нах...» и выходом в дверь. Порой вместе с дверью.
Он стоял в дверях, полностью закрывая собой проем, в старых трениках и защитного цвета безрукавке, открывающей взгляду пару ручищ толщиной с ногу среднестатистического россиянина каждая. За прошедшее со времени нашей последней встречи время он стал еще здоровее, если, конечно, это возможно.
– Здорово, Стас, – и хлопнул меня по плечу, отчего мои ноги едва не ушли по колено в пол. – Проходи, можешь не разуваться, – у Фимы никто никогда не разувался в прихожей.
– Привет, Фима.
– Значит, сегодня без водки?
– Увы, – вздохнул я.
– Тогда кофе. Проходи, я сейчас, – и двинул на кухню.
Я прошел в гостиную. Все тот же милый сердцу бардак: боксерская груша на тросе, гири, перчатки, кожаные шмотки на полу, плакаты со слегка одетыми девицами по стенам. Закурив, я уселся в кресло у стола.
Фима появился с двумя с двумя литровыми, наверное, кружками, кофейником и сахарницей.
– Угощайся.
Отхлебнув сумасшедшей крепости кофе, я поспешил закурить вторую сигарету, следовало накуриваться впрок.
– Как вообще дела?
– По-разному, – Фима тоже глотнул из кружки и затянулся. – Недавно едва в ФСБ не замели.
– Это за что?
– Да так, пришел тут один кекс по рекомендации, принес заказ, заплатил аванс, а когда пришло время рассчитываться, явился с группой товарищей, предъявил ксиву и стал зазывать к ним в контору на службу. Да еще и аванс попросил вернуть, дескать, западло с Родины-матери бабло сшибать.
– А ты что?
– Что я?
– Согласился?
– Ты представляешь меня, каждое утро идущего на работу?
– В кожаных портках?
– В кожаных портках.
– И в бандане?
– И в ней.
– Нет, – сознался я.
– Вот и я – нет.
– Аванс-то хоть вернул?
– Хрен.
– Понятно, – я закурил третью. – Слушай, тут такое дело...
– Допивай, докуривай, пойдем в кабинет. Там все и расскажешь.
У входной двери в кабинет ровным рядком стояли несколько пар тапочек. Я снял туфли и, не дожидаясь напоминаний, переобулся. В его рабочий кабинет никто и никогда не заходил в уличной обуви, не осмеливался курить и распивать чай-кофе-пиво-водку.
