И снова ночь накидывает темный покров над город. Звезды прячутся за обветшалыми крышами домов, словно ожесточенные битву с ночью. В этом холодном свете крепость выглядит еще более массивной и напугающей. Большая луна поднимается в небо, ее свет придает городу загадочный оттенок....
Ему не нужно было обращать внимание на приметы и задумываться, как отыскать правильный путь. Его вел инстинкт.
Добежав до старой рябины, он оглянулся, чтобы убедиться, что старик следует за ним, и свернул с тропы.
Строжич что было сил поспешал за четвероногим проводником. Его душу переполняла тихая радость, словно сквозь тучи тревог и волнений вдруг проглянуло солнце. Мало того что в это смутное время боги послали ему ученика. Вдобавок на старости лет он узрел чудо. Сказания о Вольге, который умел принимать облик зверя и птицы, уже давно считали сказками.
Время от времени старику приходилось останавливаться, чтобы перевести дух. Несмотря на то что он был крепким и жилистым, Строжич все же не мог состязаться в скорости и выносливости с сильным зверем.
Когда они прибыли на место, уже совсем рассвело. При дневном свете поляна, покрытая сине-желтым ковром иван-да-марьи, выглядела нарядно и весело. Лес вокруг был светлый, березовый.
На краю поляны росла лещина. Сейчас картина вовсе не казалась зловещей, и все же при виде залитых солнечным светом зарослей в Сереге шевельнулся прежний страх. Шерсть у него на загривке встала дыбом. Он снова ощутил рядом дыхание смерти, а чуткий нос уловил не различимый для человеческого обоняния запах тлена.
Строжич подошел к лещине. Серый нехотя трусил за ним. Сейчас он уже не сомневался в том, что они найдут. Над землей, в том месте, где накануне Серый вел раскопки, кружились мухи. Неизвестно откуда налетевшие, они, как стервятники, почуяли падаль и собрались на свой мушиный пир.
При виде почерневшей руки, сплошь облепленной мухами, Серого едва не вывернуло наизнанку. Ночные кошмары обращались в явь. Волкодав поднял морду кверху и издал тоскливый, протяжный вой.
- Батюшки- светы! Это кого же тут схоронили? - пробормотал Строжич.
- Я бы и сам хотел узнать, - сказал Серый. - Ильку Кречета на этой поляне убили, то есть ранили, - поспешно исправился он.
- Может, Илька скажет, что тут за человек? Он должон знать.
- Нет. Он совсем ничего не помнит. У него после ранения память напрочь отшибло. А вы-то не догадываетесь, кто это может быть?
- Отколе мне знать? Одно известно, что он не из тутошных. Ежели бы кто из нашинских пропал, я бы знал.
