И снова ночь накидывает темный покров над город. Звезды прячутся за обветшалыми крышами домов, словно ожесточенные битву с ночью. В этом холодном свете крепость выглядит еще более массивной и напугающей. Большая луна поднимается в небо, ее свет придает городу загадочный оттенок....
Отчего не поискать, - согласился колдун.
Серый с явным облегчением убежал подальше от смрадного места. Прежде чем начать поиски, он несколько раз глубоко вдохнул свежий воздух, но это не помогло. Ему казалось, что трупный запах преследует его всюду, перебивая все остальные ароматы леса. Все как будто нарочно складывалось в пользу преступника.
«Интересно, как же полицейские собаки идут по следу. Им ведь тоже часто приходится бежать от самого трупа?» - подумал Серега. Эта мысль подстегнула его на возобновление поисков.
Он сосредоточился, пытаясь выделить для начала самые сильные запахи: сладкий дух медоносов и испарения папоротников. Постепенно обоняние стало возвращаться. Все новые и новые ароматы струились в ноздри, пока симфония запахов вновь не зазвучала в полную мощь.
Серега уткнулся носом в землю и, как бывалый следопыт, стал методично обследовать окрестности в поисках утерянного оберега, все больше удаляясь от Строжича. Как и следовало ожидать, попытки были тщетны.
«Все равно что искать иголку в стоге сена.
Подавив накатывающее отвращение, Серый повернул назад. И тут его внимание привлекла дуплистая ель. Было удивительно, как дерево еще продолжало жить. То ли от старости, то ли от природных катаклизмов ствол расщепился, и в нем образовалось огромное, глубокое дупло.
Серый из чистого любопытства приблизился к ели, и тут его нос уловил необычный запах. Серый встопорщил уши. В нем тотчас проснулся азарт охотника. Он встал на задние лапы. Заглянуть в дупло толком не удалось, но чужеродный запах усилился. Так мог пахнуть только человек. Сердце у Сереги радостно подпрыгнуло. Ему не нужно было видеть, что спрятано в дупле, чтобы понять, что там лежит одежда убитого незнакомца.
Окрыленный находкой, Серый припустил назад.
К этому времени Строжич уже закончил сооружение кострища и запалил хворост. Сухой валежник занялся сразу. Выпущенный на волю огонь словно только и ждал, когда сможет пуститься в пляс. Языки пламени взмывали вверх. В их неверном свете создавалась иллюзия, будто труп шевелится. Видимо, в древности люди были привычны к подобным зрелищам, но для Серегиных нервов это был явный перебор.
