– Он за Петей!
Та-а-ак… Этого следовало ожидать.
Мартин скрипнул зубами.
– Хорошо, я понял, – ответил женщине твердо. – Скажи Пьетро, чтобы сидел у себя и не высовывался.
– Он уже спрятался. Испугался…
Еще бы не испугаться. Вот только пора ему перестать бояться даже своей тени.
– Мирта, принеси, пожалуйста, гостю чай или другие напитки, какие он попросит, и передай, что я скоро спущусь.
– Хорошо, господин. – Ну вот, а он только подумал, что с «господинами» покончено. Рано радовался. – Господин, они заберут Петю?
– Не заберут, – отрезал Март. – Будь добра, поспеши. Не стоит заставлять гостя ждать.
Кухарка закивала и убежала вниз по лестнице.
Только оставшись в одиночестве, Мартин позволил себе от души выругаться.
Собирался он дольше, чем планировал. После длительного сна лицо не хотело принимать бодрый вид даже после умывания ледяной водой. Зато кожа на руках порадовала: от вчерашних волдырей почти не осталось следов – так, небольшие припухлости.
Март нацепил чистые рубашку, брюки и безрукавку, рассудив, что у себя дома имеет право не облачаться по всем правилам этикета. Прошелся расческой по волосам, сразу же заправив их за ухо, чтобы серьгу было видно, и вышел из комнаты.
В коридоре стояла мертвая тишина.
Мартин подошел к двери в комнату Пьетро и тихо стукнул в нее костяшками пальцев.
– Ты там?
Внутри что-то упало, покатилось, а затем послышались быстрые легкие шаги и дверь приоткрылась. Несильно, всего на два пальца, и в образовавшуюся щель выглянул испуганный карий глаз.
– Господин, это вы? – Голос мальчишки заметно дрожал.
– Нет, мой призрак, – огрызнулся Март. Пьетро моргнул. – Конечно я. Успокойся и приведи себя в порядок, – велел маг строго. – Надень лучшее, что у тебя есть, и жди, я тебя позову.
– Д-да, господин, – надломленно отозвался Петро.
Мартин обернулся, уже отойдя от двери.
– Тебя никто не заберет, ясно?
– Й-ясно, – пробормотал мальчишка тихо и без тени уверенности в голосе.
Вряд ли он не верил Марту, скорее искренне считал, что тот не сможет ничего сделать.
Еще чего.
– Выше нос, – велел ему маг. – И расчешись, будь так любезен.
После чего развернулся и поспешил вниз по лестнице.
На середине пролета замедлил шаг и спустился уже неспешной вальяжной походкой хозяина дома.
Мужчина оказался молодым, около тридцати – точно не старше. Высокий, худощавый, но широкоплечий, значительно крупнее тонкокостного Мартина. На нем был темно-коричневый сюртук, такие же брюки и высокие сапоги до колен. Под горлом – белоснежный, аккуратно повязанный шейный платок. Волосы шоколадного оттенка длиною до плеч собраны сзади шнурком, образуя небольшой хвостик.
Гость прохаживался по гостиной, заложив руки за спину и внимательно рассматривая картины на стенах.