Должно быть, этот вопрос и ответ на него уже успели набить ему оскомину. – Правда. По крови не отец. Слухи не врут. Лион зовет меня братом. Любопытство удовлетворено? – спокойно, без обвинений или нервозности – просто вопрос.
– Вполне, – так же спокойно отозвался Мартин.
Плеснул в свой бокал добавки и снова принял расслабленную позу, вытянув ноги на стуле.
– На самом деле я тебе благодарен. – Брэниган опять заговорил первым.
– За проклятие? – не понял маг. – Проехали.
– За то, что прикрыл старикашку Глу. – Мартин удивленно повернулся к нему. – Справедливость справедливостью, а моим долгом было арестовать его и передать суду. Но тогда пришлось бы отправить под суд и ту женщину, которая преподнесла мне смертельный подарок, – пояснил лорд, поморщившись. – Разразился бы скандал.
– А-а, – понимающе протянул Март. – Знатная дама?
– Тетка, родная, – мрачно сообщил Брэниган, осушив свой бокал.
Увы, дележка денег среди родни – нередкая причина смертей в богатых семьях.
– Гадство, – согласился маг и выпил за компанию. – Чем ты ей не угодил?
– Банально – деньгами. – Собеседник потянулся к бутылке, и Март подставил свою посуду; обратил внимание, что движения гостя стали неспешными и неверными. Сам маг предпочитал сейчас больше не шевелиться (пили четвертую бутылку). – Мой кузен – семнадцатилетний лодырь и лоботряс.
– Я думал, это одно и то же, – вставил Мартин.
Брэниган отмахнулся.
– Хочет денег, балов и девок. А учиться – не хочет, – продолжил извлекать на свет грязные секреты своего семейства, одновременно поглощая содержимое бокала. – Я собираюсь отправить его в военную академию.
Март помотал головой, потеряв нить повествования.
– Почему ты-то?
– А я… – Брэниган важно поднял палец вверх. – Глава семьи.
Маг скривился.
– Мой белый контролер в Прибрежье любил так делать. Я годами мечтал сломать ему палец, – сообщил как бы между прочим.
Собутыльник растерянно перевел взгляд на свою руку и на всякий случай убрал в карман. Продолжил рассказ:
– Тетка – родная сестра моей матери, тоже вдова. Ее муж почти не оставил наследства – прокутил при жизни. А что оставил, потратили жена и сын. Родни у них больше нет, поэтому раньше их опекал мой отец, а после его смерти – я. Мать требует для сынка собственное поместье, а я требую, чтобы он учился и не позорил семью.
Март сполз еще ниже по спинке дивана.
– Да, конфликт налицо, – констатировал мрачно.
– Налицо попытка убийства, – сквозь зубы поправил Брэниган. – Но арест сестры стал бы ударом для моей матери, а у нее и так слабое здоровье. Поэтому… – Он приподнял бокал и отсалютовал им магу. – Все к лучшему.
– Все к лучшему, – эхом отозвался Март.