Вечер превращается в нечто мистическое и загадочное, когда персонаж оказывается в центре непонятных явлений. Марта, уставшая от выбора жизни, погружается в мир призраков и теней. Огонь на полуслове становится не просто источником тепла, но и свидетелем странных событий, которые тянут её вглубь бесконечной дымки.
Не ожидал такой наглости… Недосмотрел…
И теперь, влетев в распахнутые ворота и увидев то, что увидел, маг понял, что все, что случилось, – его рук дело.
Не предусмотрел…
Густав лежал прямо на каменной дорожке, ведущей от ворот к крыльцу. На боку, с неестественно вывернутой рукой, с лицом, превращенным… в фарш.
– Март! – окликнул его примчавшийся следом Брэниган, должно быть, предупреждал, что стоит быть осторожнее, чтобы не повредить возможные улики.
Но маг уже спрыгнул с коня и на негнущихся ногах двинулся к инвалиду. Кровь, а ее натекла целая лужа, хлюпнула под сапогами.
Мартин дотронулся до шеи Густава. Он был еще теплый – руна сработала меньше получаса назад. Теплый и абсолютно, бесповоротно мертвый – с такими ранами не живут. Полголовы всмятку. Тут же валялось бревно, которым наносились удары, перепачканное кровью и мозговым веществом убитого."
"– Ма-а-арт, – осторожно позвал Брэниган. Негромко и почти ласково, словно обращался к малышу, который играл, играл да и разбил любимую игрушку, а теперь смотрит на осколки, поджав губы, еще не поняв, что произошло, и не успев заплакать.
Мартин не ответил, замер на корточках возле мертвого тела. Прикрыл глаза, слушая свой дар: дом был пуст. Не стоило бегать по этажам в поисках Пьетро и драть горло, зовя его в надежде, что услышит, – поблизости мальчика не было.
Март шумно выдохнул через сжатые зубы, потянулся к сапогу.
– Рик, уйди, – не просьба – приказ. Не до шуток и сантиментов.
Прошло меньше часа, у него есть шанс сработать чисто…
– И не подумаю.
Мартин резко обернулся и вперился в Брэнигана убийственным взглядом. Но тот упрямо покачал головой.
Друг, поддержка, помощь… А еще старший уполномоченный Королевского сыска. Не работник гильдии, конечно, но за то, что собирался сделать Март, обязаны были арестовать и препроводить к месту казни как те, так и другие.
– Как знаешь, – огрызнулся маг.
Задрал рукав левой руки и провел по коже лезвием: поперек, у самого запястья.
Кажется, до Брэнигана только сейчас дошло, что он задумал.
– Март, ты же не…
Он – да.
Маг не ответил. Перехватил рукоять ножа в уже порезанную руку и сделал надрез на втором запястье. Кровь потекла вниз, пачкая ладони и скатываясь на неподвижную грудь мертвеца.
Мартин еще ни разу не видел на Густаве эту рубаху. Должно быть, новая. Вот и обновил…
Когда крови вылилось достаточно, маг распростер руки над убитым. С кончиков пальцев полилась черная энергия. Кровь служила прекрасным проводником.
