На тронном возвышении царственного правительницы ослепляющий свет не мог скрыть ее реальную тоску и одиночество. Корона из серебра, словно гробница, с угрюмым безымянным лицом шла по белому миру венца до самых подлокотников кресла, где едва видны были ее дрожащие руки....
Слишком мало времени прошло, чтоб она стерлась.
— Ты хочешь сказать, что эти ищейки как по ниточке пройдут по следам моей ауры и легко нас найдут? Почему же они не сделали этого еще в городе?!
— Не все так просто и однозначно, — ухмыльнулся Ариашари. — Весь дворец просто пропитан древней магией, там такая мешанина сил, что любая ищейка скорее заработает кровоизлияние в мозг, чем что-то там найдет. А на открытом воздухе следы имеют свойство очень быстро выветриваться. Отпечатки остаются видны максимум пару часов.
— А вот тут уже ты не прав, — хмыкнул Нардан. — Юнг очень печется о своей безопасности. Точный маршрут движения знает только он, передвигаться мы будем по второстепенным или даже третьестепенным дорогам! Нас не так-то просто будет отыскать.
— Да? Ну, смотри. В вопросы безопасности я не вмешиваюсь, как скажешь, так и сделаем, — ответил юноша и начал укладываться спать.
Немного подвинувшись, освобождая место, Нардан тоже начал устраиваться, параллельно избавляясь от лишней одежды.
— Это почему же? Так мне доверяешь? Ариашари широко зевнул.
— Ну, можешь считать, что у меня было видение, — сворачиваясь клубочком, он ехидно глянул на замершего мужчину.
— А поподробнее?
— А поподробнее нельзя! Много знать — вредно, — и подмигнув, спрятался под одеялом.
Повздыхав для порядка, Нардан тоже укутался и со спокойной улыбкой закрыл глаза. Как бы все мерзко не было, Ариашари удалось отвлечь от грустных мыслей, а это уже очень хорошо! Свихнувшемуся на почве власти Верховному, он Шади не отдаст, обойдется! А с ищейками они как нибудь уж разберутся. Дождавшись момента, когда парень уснет, он притянул его к себе под бок и, уже привычно, уткнувшись носом тому в макушку, спокойно заснул сам.
Снился ему какой-то бред. Что-то типа того, что он бегает за Верховным кругами по тронному залу замка. Тот бегает неумело, высоко подкидывая колени почему-то голых ног. Это отлично видно, потому что при каждом его прыжке ряса высоко задирается. К груди жрец прижимает какую-то палку с большим круглым набалдашником.
