На тронном возвышении царственного правительницы ослепляющий свет не мог скрыть ее реальную тоску и одиночество. Корона из серебра, словно гробница, с угрюмым безымянным лицом шла по белому миру венца до самых подлокотников кресла, где едва видны были ее дрожащие руки....
Дождавшись, когда с одного бока к нему прижмется Ариашари, а с другого Шарик, который совершенно перестал его раздражать, он укрыл всех одеялом и со счастливой улыбкой заснул.
* * *Сон сбежал от него ранним утром. Еще даже не начало светать, а уж в этом странном лесу и подавно была тьма кромешная. Ариашари тихо лежал в объятиях Нардана, который так в него вцепился, что пошевелиться было трудно, и размышлял над сложившейся ситуацией. То, что граф к нему начал относиться совсем как-то даже не по-дружески, он заметил давно.
«Эх, а как все хорошо было. Ну, что стоило его страсти немножко попозже прорезаться? Хотя, о чем я говорю.
Вздохнув, Шади завозился, устраиваясь удобнее. После того, как Нардан со счастливой улыбкой пообещал ждать сколько надо, сделать вид, что ничего особенного не происходит и все это была ошибка, было бы совсем жестоко.
«Пф, ну, и что мне теперь делать? Эх….. как же все не вовремя! Рассказать, что ли, что «видел», что ему меня еще долго терпеть? Может, испугается? Хотя нет, пусть это будет ему сюрпризом….
"Уперевшись Нардану в грудь и приподнявшись на локтях, Шади некоторое время вглядывался в лицо мужчины. Высокий лоб прикрывает черная в предрассветных сумерках челка, четко очерченные брови слегка нахмурены и между ними пролегла маленькая складка, губы плотно сжаты. Проведя пальцем по складочке, точно так же как это вчера делал с ним сам граф, Ариашари ехидно улыбнулся.
— Шарик, — шепотом позвал он.
Щенок, свернувшийся клубком у Нардана под боком и, казалось, крепко спящий, приподнял большое ухо и повернул его в сторону Шади. Не дождавшись продолжения, он поднял голову и вопросительно посмотрел на парня.
— Пора будить вожака нашей стаи.
Шарик согласно зевнул и сладко причмокивая, уселся напротив лица Нардана. Ариашари же наклонился и подул тому в нос.
