В забегаловке на краю города, где атмосфера напоминает о забытых местах, команду полковника Багирова собрали для разговора с генералом Каручаевым. Гнев и тревога пронизывают каждое слово в дружной компании, где каждый знает значение каждой фразы.
Север не отходит, наблюдает за моими нервными действиями, чуть хмуря брови. Какие выводы в данный момент рождаются в его голове, хотелось бы мне знать.
— Я в душ, — произносит Север, направляясь к рюкзакам.
Работая шваброй, украдкой наблюдаю за Мироном. Он аккуратно достает вещи из рюкзака поменьше. Там есть и женская традиционная одежда, и мужская.
И чего я так испугалась его поцелуя? Не в первый же раз мужчина лезет ко мне целоваться, раньше я так не шарахалась. Сама себе отвечаю, что раньше меня такие мужчины и не целовали.
Думать о том, что у нас с Севером может что-то получиться — смешно. Как только он узнает, чья я дочь, тут же от меня открестится. Лучше не давать своей влюбленности развития, потом будет больно и одиноко.
Несмотря на голос разума, я думаю о том, какой он в постели. От этих мыслей жар притекает к лицу, от порывистых быстрых движений струйка пота стекает по спине. Я сейчас сгорю. Нужно включить кондиционер! Но вместо того, чтобы искать пульт, я продолжаю натирать полы, прислушиваясь к шуму воды в ванной комнате.
Почему-то о том, что я тоже хочу в душ, я сейчас не думаю. Перед глазами спортивное тело Мирона. Вот он намыливается… включает душ, и струи воды…
Обмахиваюсь журналом, прихваченным с полки.
Гостиную убрала, остались спальни и кухня…
— Дай сюда тряпку, — так неожиданно за спиной появился Север, что я вздрогнула. Забрав из ослабевших пальцев махровый кусок ткани, отбросил его, точно попав в ведро с чистой водой. — Иди в душ, потом ложись отдохни, уборка никуда не убежит, — твердым решительным тоном, каким привык отдавать приказы.
— Надо успеть убрать хотя бы две спальни и кухню, — не очень убедительно, маячившая на горизонте перспектива принять прохладный душ убивает любое желание продолжать заниматься уборкой.
— Тебе нужно хотя бы несколько часов поспать, — не терпящим возражения голосом.
— Тебе тоже, а диван только один.
