В забегаловке на краю города, где атмосфера напоминает о забытых местах, команду полковника Багирова собрали для разговора с генералом Каручаевым. Гнев и тревога пронизывают каждое слово в дружной компании, где каждый знает значение каждой фразы.
— На грязной кухне я бы сам есть не стал, — никак не реагируя на мое восхищение. — Хотя мой желудок натренирован, я обучен выживать в любых условиях, а ты можешь заболеть: пыль, жара…
Юрка с отцом сидели бы голодными, ждали, когда я проснусь. Хотя нет, Юрка бы приготовил: поджарил сосиски и яичницу — коронное блюдо, единственное, что он умеет готовить. Испачкав кухню еще больше, он самоустранился бы, оставив бардак мне или прислуге.
Еда обычная — макароны и тушеная говядина с зеленью. Желудок предательски урчит, когда сажусь за стол.
— Вместо вина у нас компот, — достает из холодильника графин. — Нам целую упаковку пакетированных порошков прислали, давай попробуем, — разливая по стаканам.
Я не стала говорить, что терпеть их не могу. Пробовала несколько вкусов различных фирм, не заценила ни один. Обычно эти порошки приходят с гуманитарными грузами.
— Никто из дома Иссама не приезжал? Нет новостей о Юре? — накалывая макароны на вилку. М-м-м… вкусно, но радости мне это не приносит.
— Не приезжали и не звонили, — стоит подумать, что мой брат сейчас борется за свою жизнь, и аппетит пропадает.
— Можешь позвонить с телефона, который мне дал Тарик, — закусив губу. Мне бы тоже не помешало позвонить своим друзьям, они наверняка волнуются.
— Телефон может прослушиваться. Дядя твоего Тарика — непростой человек. Можно считать, что Каручаев в данный момент у него в заложниках, и как только Иссам поймет, что Юрка — генеральский сынок, он начнет грязно спекулировать на этом.
— И что мы будем делать? — обеспокоенно. Отложив в сторону вилку, машинально отхлебнула из стакана компот. В холодном виде его можно употреблять, но вкусным этот напиток не назовешь.
— Ты будешь ждать новостей от Тарика, а я буду искать возможность нам всем выбраться отсюда живыми. Когда будешь разговаривать со своим другом, спроси про Олега и Виталия, нашли они их или нет?
Дальше мы едим молча. Каждый думает о своем. Север, наверное, строит план по нашему спасению, а я думаю о Юрке. Тарик знает, что Юрка мой брат, я не могу вспомнить, упоминала ли я когда-нибудь, что мой отец генерал российской армии.
