Бывший раб крови, вампир Зеидист носит в душе шрамы прошлого. Известный своей ненасытной яростью и жестокостью, он внушает страх всем окружающим. Но встреча с женщиной, способной разбудить в его сердце любовь, способна изменить даже самого опасного из воинов.
Она почти осушила его и точно знала, как голоден он был, как отчаянно хотел пищи. Его кровь, текшая по ее венам, позволяла чувствовать как его жажду, так и местонахождение. Чтобы найти его, нужно было лишь прислушаться к ощущениям.
Бэлла, ведомая биением его пульса, проследовала по коридору со статуями, свернула за угол, прошла в сторону открытой двойной двери наверху лестницы. Злые мужские голоса доносились из кабинета: один из них принадлежал Зейдисту.
— Черта с два ты выйдешь сегодня вечером! — Прокричал кто-то.
Зейдист мрачно ответил:
— Не пытайся меня контролировать, Тор. Во первых, это пустая трата твоего времени. Во-вторых — выводит меня из себя.
— Посмотри на себя — ты чертов скелет! Если ты не собираешься питаться, ты остаешься…
Бэла вошла в комнату, как раз когда Зейдист проговорил:
— Попробуй удержать меня здесь, и посмотрим, куда тебя это заведет, брат.Братство не сводило глаз с мужчин, прижавшихся друг к другу вплотную, обнажив клыки.
«Господи», — подумала она.
Сколько ярости.
Но… Тормент был прав. Она едва видела Зейдиста в темноте спальни, но здесь он казался полумертвым. Кости выпирали через кожу, футболка и брюки висели балахоном. Черные глаза оставались напряженными, но все остальное потеряло силу.
Тормент покачал головой.
— Будь благоразумен…
— Я хотел бы видеть Бэллу отомщенной. Это абсолютно благоразумно.
— Нет, это не так, — сказала она. Все головы мгновенно повернулись в ее сторону.
Зейдист посмотрел на нее — и радужки его глаз изменили цвет, вспышкой сменив сердитый черный на горячий, сияющий желтый.
— Твои глаза, — прошептала она. — Что случилось с твоими…
Роф перебил ее:
— Бэлла, твой брат просил тебя остаться здесь немного дольше.
Ее удивление было столь велико, что она отвернулась от Зейдиста.
— Что, мой господин?
— Он не хочет, чтобы я утверждал статус отстраненной прямо сейчас, и настаивает на том, чтобы ты оставалась здесь.
— Почему?
— Понятия не имею. Возможно, тебе стоит спросить у него.
Боже, как будто все и без того недостаточно сильно запуталось. Она снова взглянула на Зейдиста, но тот не отрывал глаз от окна, расположенного на другом конце комнаты.
— Мы будем рады, если ты останешься у нас, — сказал Роф.
Увидев, как напрягся Зейдист, она поставила под сомнение это утверждение.
— Я не хочу быть отомщенной, — сказала она громко. Зейдист оглянулся, и она продолжила, обращаясь к нему. — Я благодарна за все, что ты сделала для меня.
