— Какая разница, если подается в граммах? — ворчал босс. — Что я ее двенадцать штук съем на сто восемьдесят грамм, что свои четыре — те же сто восемьдесят.
— Но за ее вы заплатите дважды, а за свои возьмете одну цену за одну порцию.
Марк вздохнул и повернулся ко мне:
— Я готов предложить тебе должность сушиста в моем торговом центре. Будешь приумножать мою прибыль в два раза, Таша.
Я зарделась и замотала головой. Забавно получить такое предложение даже в шутку, но не в этом городе. Но оставшееся время очень внимательно выполняла указания шеф-повара, мало ли, вдруг в другом месте мне пригодятся эти уроки, и я действительно буду работать сушистом?"
"Уже в сумерках мы вернулись в отель, Марк ушел в душ, даже не пытаясь овладеть мной с порога.
Потом завалился в постель и пообещал дождаться, пока я принимаю душ. И не зашел ко мне! Не заглянул!
Обеспокоенная, я осторожно легла рядом с Марком и заглянула в его глаза. Почему? Разозлился на меня? Обиделся? Узнал, что я без спроса бегала в интернат?
— Таша, нам надо поговорить, — тяжело выдохнул он, и мое сердце подскочило и забилось где-то в горле.
— Прости! Марк, прости меня. Я же быстро отнесла и сразу же вернулась! Не ругай…
— Стой. О чем ты? Куда вернулась?
Я расстроено покачала головой, выкладывая ему про свой самовольный выход из отеля.
Марк вздохнул, притянул меня к себе за затылок и чмокнул в висок. Задержал, зарывшись в волосы носом, но потом с сожалением все же отпустил.
— Это ерунда, Таш. Я заметил, что пакетов нет, понял, что бегала относила.
— Ты… Не будешь ругать меня? — я удивилась, зная, что в случае с Витей, летала бы уже по комнате из одного угла в другой.
— Не за что. И прощение просить не надо. Ты же не собака, чтобы держать тебя на привязи
Я неуверенно кивнула.
— Тогда о чем ты хотел поговорить?
— Завтра наш последний день, — с каким-то обреченным вздохом выдавил Марк.
— Завтра? Да нет же, завтра только вторник, а я с тобой останусь до четверга!
— Нет, Таша… Завтра я еще здесь, а в среду утром у меня самолет в Иркутск.
Оттуда я лечу домой, в Москву. Поэтому мы попрощаемся с тобой завтра.
Невидимый обруч сдавил горло, не давая вздохнуть. Я открывала рот, хватала воздух, но не могла дышать.
Как завтра? Почему завтра? А… как же… я?
— Спокойнее, расслабься. Слышишь? Давай на счет: вдох, выдох… еще раз, вдох. Выдох.
Марк помог мне раздышаться и обнял меня, позволяя обвиться вокруг его тела.
— Я держу слово. Завтра дам тебе денег, ты купишь билеты и уедешь.
