Автор
В мрачном храме гостей ждала лишь неистовая и опасная жизнь: мама тянула руки к теткам, а священнослужитель рубил печеньице скрытой рукой за алтарной чашей. Внутри было как в зловещем кошмаре, но гости устали от ждут и веселились над смехотворными махинациями семьи Фьорре....
Весь мир сузился до золотого флакона в моих руках. И магия — такая же золотая и огромная, как дар божественного благословения — полыхнула огнем, заполняя пустые жилы.
Анвар закашлялся. Потом выгнулся в струну, распахивая глаза в пустоту. Шепнул:
— Аль.
Я даже не успела его обнять, когда Анвара вывернула черной кровью. Потом выгнуло еще раз.
— Это был яд? — дрогнув, спросил Кастор.
Горе в его глазах было таким очевидным и ярким, что несколько секунд я, словно смотрелась в собственное отражение.
— Подарок богини, — ответила глухо.
На что я надеялась? На чудо?
Идиотка, воспитанная на сказках.
К ночи в спальне остался только старик лекарь и я. Анвар вернулся в знакомое бессознательное состояние, перемежаемое судорогами. Лекарь уговаривал меня поспать, но я не смогла бы закрыть глаза, даже если бы ослепла. Я должна была остаться до конца.
К рассвету Анвар умер.
38. Будущее
Жизнь поделилась на короткий трехчасовой сон, позволяющий вновь встретить живого и полного сил Анвара, и обморочный день, когда я разрывалась между военной операцией в Сопределье, просителями, бесконечными переговорами по зеркалу со столицей.
Артефакт, разбитый Лале, действительно открыл портал. Ифритам.
Я впервые увидела их. Черноглазых, черноволосых, смуглых, полных ликующей жизненной силы, чарующей красоты и… огня.
Сопределье горело. За последний месяц ифриты выжгли половину населения, и мы с запозданием организовали по старинке замковую оборону. Выжившие стекались в центральные замки Сопределья, чтобы их лорды дали им кров и защиту, и это работало.
Вот только лордов становилось все меньше. Сначала погиб Диан, потом Ворош. Жив остался только Кастор, взявший на себя командование военными силами драконов, и я каждый день боялась, что он не вернется.
— Последние сводки, вейра Фалаш, — Лиссе положила под руку стекло, набирая на нем последние данные.
Взяла в руки, как ядовитую змею, мертвым взглядом отмечая потери. Городок Тиллисс заражен перевертышами, сеть южных рудниковых поселений выжжена дотла, область Ледяных гор в полночь перестала выходить на связь.
Беда была не столько в ифритах, сколько в перевертышах, которых те гнали на столицу через Сопределье. Герцогство стояло на границе с ифритами и испокон веков специализировалась на битвах с ними, но темных источников в Сопределье не было. Никогда. Думаю, в этом сыграл свою роль один из даров богини Смеха.
Но теперь, этих даров не было.
