Автор
В мрачном храме гостей ждала лишь неистовая и опасная жизнь: мама тянула руки к теткам, а священнослужитель рубил печеньице скрытой рукой за алтарной чашей. Внутри было как в зловещем кошмаре, но гости устали от ждут и веселились над смехотворными махинациями семьи Фьорре....
"
"И он прошел. Хлестнув волной воздуха от резкого разворота и чеканя шаг. В этот миг в нем не было ничего от легкомысленного ослепительного юнца, посмевшего перечить императорской воле.
За ним потянулась его белая от страха свита, скоро храм накрыл гул мощных крыльев, а ветер снес оставшиеся светильники.
2. Семья
Отец выволок меня из храма, даже не дав подобрать фату и поправить платье. Его трясло от бешенства.
— Бесполезная негодница, горе семьи!
Он больно ткнул меня тростью, и тут же заулыбался, кланяясь старой графине, посетившей нашу неудачную свадьбу.
— Пустая! — донеслось из-за кустов. — Подумать только, попытаться отдать императорскому сыну бездаря в женском обличии! Барон сошел с ума…
Отец побагровел и тут же отвесил мне пощечину, грубо заталкивая в карету.
Домой мы ехали молча.
Брат жевал яблоко, лениво оглядывая мое разукрашенное ударом лицо, сестра шепотом утешала маму, а отец методично набирался литоумом — местным алкоголем.
В тело Аланте я попала два года назад после очередного меткого удара ее отца.
Во всяком случае, в себя я пришла в чужом искалеченном теле, и, что хуже, возвращаться мне было некуда. В своем мире я погибла самым глупым способом из возможных — рухнула в шахту вместе с лифтом, у которого оборвался трос.
Расклад сил в новой семье я поняла довольно быстро, как все дети, выросшие в сложных условиях. Отец пьет, буянит, срывается на детях, жена волочет быт и три работы. Семья Фьорре на свой драконий лад здорово напоминала мою собственную семью, разве что в своем мире я была единственной дочерью, а здесь нас было трое.
Аланте — старшая дочь семьи, некрасивая, слабая и бездарная, объект метких шуток и груша для битья. Лале — вторая дочь, умница и красавица, объект поклонения местных драдеров и дракониров, гордость родителей. И Итан — единственный сын семьи, обожествленный еще при жизни самим фактом своего наличия, а на деле обычный, дурно воспитанный подросток четырнадцати лет.
