Ничего эта новость не изменит, а боли добавит. Хотя куда уже?
– Пару минут жила, – выдохнул то ли себе, то ли Лой, то ли Самаре, и уставился на проклятущий проем в навесе по скале вверху. – Оттуда летела.
– Вопрос, что там делала, – заметил Самер.
Эрану было плевать на них – он осторожно поднял жену на руки и понес как живую. Только если б кто заглянул сейчас в его глаза, понял, что не Эрика – он мертв.
– С кем она была? – спросил Самер – ком в горле стоял и никак не убирался.
– С Лалой ушла, – ответил Шах, а голос такой будто во рту стекло и режет его.
– Лала, – Вейнер остановился, соображая. Кровь от лица отхлынула. – Она с Эрикой ушла, она может знать!
Мужчины рванули на поиски девушки.
И как на стену наткнулись на гробовое молчание и спину Эрлана, на свешивающуюся с его рук Эрику, что все продолжала смотреть на мир.
Лой знал насколько легкая жена, но сейчас ему казалось она весит очень много и он тяжело ступал и все ждал что все изменится – она улыбнется, все будет хорошо, все опять будет… А перед глазами небольшой животик, малыш, который никогда не родится.
Пелена перед глазами и отрывками – грудь, что не вздымается, разбита, живот.
Он плакал того не осознавая. Слезы текли по щекам, а он все нес Эю и сам не понимал, куда и зачем. И зачем шел, и зачем дышал, и кто он есть.
Кто-то замирал, его увидев, кто-то всхлипывал, кто-то вскрикивал, а он не слышал.
Первое что увидел – белую рубаху.
Взгляд вверх тяжелый больной – Маэр. Чуть дышит старик, лицо черное, брови почти закрыли глаза.
– Этого ты ждал? – спросил Эрлан, а голос как эхо, и его нет, и хозяина.
– Я… не знал, сынок…
Лой неинтересно. Этот старик для него как нарисованная картинка – смять и выкинуть.
Хранитель голову склонил и отодвинулся.
Эрлан вверх пошел и не видел, как шагает.
– Помоги ему, – глухо попросил Маэр Эхиноха.
Лой унес Эру в башню, скрылся с глаз, а Вейнер все стоял и смотрел. Не видишь открытые глаза и можно не верить, можно вычеркнуть – не было смерти, жива она. Вверх поднимешься, а она у аудитории сидит… Сидела.
– Давай урод, давай!! – зарычало позади и, мужчины обернулись – Лири и Кейлиф тащили какого-то мужчину, связав ему руки за спиной. Тот явно был стражем, но чужаком. Не упирался, но взгляд был затравленный и вид потрепанный.
– Этот! – прижал к стене его Лири, лицо перекосило. – У скал, в бездну всех его предков, ошивался! Это ее страж, вот – Лайлох! – дернул косу, стаскивая бусины, вместе с волосами выдирая – выставил на ладони.
Шах смотрел на мужчину, а тот вниз.
– Ты? – сам себя не услышал.
– Нет, – выпрямился. Взгляд прямо и открытый. – Сам бы лег, если б…- и опять голову склонил, взгляд в землю ушел.