Возможно, я поклялся не давать ей отпор на наших занятиях по боевому искусству, но она серьезно переступала тонкую грань, делая это. Все знали, что этот диван принадлежит нам. Как бы глупо это ни было, но то, что она вот так прыгнула на моей части, было практически объявлением войны. И если я пропущу это при всех этих свидетелях, то будет политическим самоубийством. Я должен был доказать всем, что она все еще ниже меня, но я отказался поднимать на нее руку, и она знает это. Я просто не понимал, почему она так на меня давит.
— Вот он! — воскликнула она. — Игрок матча!
Толпа зааплодировала, а я нахмурился. Она была здесь не для того, чтобы говорить мне комплименты, она что-то замышляла. Но я еще не знал, что именно.
— Спускайся, — потребовал я, и несколько студентов, окружавших нас, попятились, как будто почувствовали приближение драки. Но этому не суждено было случиться. Я отказывался позволить ей втянуть меня в это, как бы быстро ни бился мой пульс.
Рокси театрально постучала пальцем по губам. Пальцем, на котором было кольцо с Драконом, принадлежавшее моей семье на протяжении восьми поколений. Моя кровь загорелась драконьим огнем, и вкус дыма на мгновение покрыл мой язык.
— И верни мне мое сокровище, — добавил я мрачным тоном.
— Ой! Это напомнило мне… — Рокси спрыгнула со спинки дивана на мое место и потянулась за своей сумкой, которая лежала на полу рядом с ним. Она что-то там искала, пока я, сложив руки, ждала ее.
Когда она снова села, на шее у нее под лентой, которую я ей подарил, висел кулон. В нем лежал потрясающий огненный рубин размером с яйцо, ограненный в форме сердца. Он стоил более миллиона аур. Она также надела себе на голову корону, которая на самом деле была подарком королевы Вега моей прапрабабушке. Она надела на запястья золотые браслеты и манжеты, а также надела еще больше моих колец.
Глубокий рык раздался в моей груди, когда она уселась на мое место с дразнящей ухмылкой, а мои пальцы скрючились от желания наказать ее за то, что она посмела прикоснуться к моему золоту. Драконье сокровище было дороже всех звезд на этом чертовом небе, и только чертов дурак осмелится прикоснуться к нему, не говоря уже о том, чтобы нарядиться в него, как она сейчас. Если бы на ее месте был кто-то другой, то уже обуглился до хрустящей корочки. Как бы то ни было, тонкая хватка, которой я сдерживал свою ярость, ускользала из-под моего контроля.
Я бросился на нее, и она вскрикнула от неожиданности, когда мои руки опустились по обе стороны от ее головы на толстые красные подушки, и я оскалил зубы прямо ей в лицо.
— Отдай их обратно! — Зарычал я и краем глаза увидел убегающих людей.
Моя кожа так пылала от магии огня, что они все, наверное, обгорели от жара, исходящего от меня. Но не Рокси. Огонь не мог причинить ей вреда.