Может быть, это была судьба для нее — быть Фениксом, единственным существом, невосприимчивым к худшему из моей силы. Может быть, звезды всегда хотели, чтобы я не мог причинить ей боль.
Она долго смотрела на меня своими большими зелеными глазами, прежде чем мрачно рассмеяться.
Внезапно жар между нами не перестал иметь что-то общее с магией огня, а имел отношение только ко мне и к ней. Этот гребаный шар, который ворвался в мою жизнь, разрушая все, что, как я думал, знал, и при этом не желая ни на йоту отклоняться от своего курса.
Я снова зарычал, протягивая руку и хватая ее, поднимая со своего места, прежде чем крутануться и сесть на него самому, посадив ее себе на колени.
— Я сказал тебе, что не причиню тебе вреда, Рокси, — промурлыкал я, просто чтобы она услышала, когда успокоилась, прижав ладони к моим плечам, вынужденная оседлать меня, в то время как мои пальцы обвились вокруг обнаженной кожи ее талии. — Так как насчет того, чтобы вместо этого сыграть в игру?
Мы привлекли аудиторию, но в тот момент мне было насрать. Я собирался либо выйти из себя и наброситься на всех присутствующих, либо бросить вызов звездам и этой девушке в моих объятиях, прижав ее к себе, несмотря на то, что мой инстинкт требовал крови. Возможно, я и держал тьму в своей плоти, но я отказывался подчиняться ей когда-либо снова. Я был сам по себе и собирался делать свой собственный выбор. Что означает, что я никогда больше не причиню ей боль.
— Во что? — выдохнула Рокси, ее зрачки расширились так, что в ее глазах было больше черного, чем зеленого.
— Давай поиграем в салочки со звездами. Мы сидим здесь и позволяем им делать все возможное, разрывая нас на части. Выигрывает тот, кто первым встанет с этого места.
В небе за окном громыхнул гром, как бы подтверждая мою мысль, и Рокси в тревоге посмотрела на крышу, где зловеще задрожали огненные бра, свисавшие с нее. Украденный кулон покачался у ее горла, а затем упал между грудей, заставив меня смотреть на него долгое мгновение.
— Хорошо, — согласилась она, снова глядя на меня сверху вниз, ее глаза светились вызовом. — Но если выиграю, я и Ослы получим ваш диван.
Я пренебрежительно фыркнул.
— Что ж, если я выиграю, я получу все свои сокровища обратно.
— Договорились. Она ухмыльнулась мне, когда земля начала дрожать, и решимость в ее глазах заставила меня задуматься, не погубим ли мы себя этой игрой. Я не был уверен, что у кого-то из нас есть желание проиграть добровольно.
— Что происходит? — Голос Сета раздался позади меня, но я не потрудился посмотреть на него, мой взгляд был прикован к девушке у меня на коленях.
Земля затряслась сильнее, что фактически заставило ее тело вибрировать на моем члене, оседлав меня в этой крошечной юбке, и я хмыкнул, когда она бросила на меня понимающий взгляд.