Автор
Молодая женщина с рыжими волосами лежит в отдаленном от цивилизации номере, чувствуя себя невесомой и замерзшей. Окна заколочены, и дыхание за окном кажется последней надеждой на свежий воздух. Она не может даже поднять руки к носу, чтобы потупить его. Это зимнее уныние, словно стеклянная пропасть между миром и теплою теплотою дома....
— Что это ваш жених сбежал? — инспектор занял освободившееся место.
— Приспичило ему.
— Понятно.
— Что случилось, инспектор? Вы сюда прямо как на работу, поразительное рвение...
— А вы разве не знаете? — черные усы подрагивали. — Что у вас с руками?
— С руками? — Даша пошевелила искалеченными пальцами. — Ничего особенного. Я... упала.
— Упали?
— Упала.
— Опять?
— Да, опять. Это то, зачем вы сюда пришли?
— Нет, не за этим! — полицейский как-то весь сморщился и затрясся. — Я хочу узнать, что вчера вечером произошло между вами и синьором Гонсалесом?
Даша удивленно скосила глаза.
— Вам-то что до этого? — ворчливо заметила она. — Может, мы любовью занимались.
— И на него это произвело такое впечатление, что он пошел и сбросился со скалы?
— Гонсалес упал со скалы? — Она подскочила. — Когда?
— Вчера вечером, после ссоры с вами. И не говорите, что это совпадение.
Все, Полетаев ее точно убьет.
— О каком совпадении идет речь? — хрипло выдавила она.
— Сначала вы выпадаете из его окна, а через некоторое время он оказывается в пропасти.
— Я выпала из окна Гонсалеса? — вскричала Даша. — С чего вы взяли?
— Об этом говорит вся гостиница. Якобы между вами и Гонсалесом произошла стычка, и он вас выбросил из окна. Это так?
Даше хотелось смеяться и плакать одновременно.
— Инспектор, вы за кого меня принимаете? Ну, допустим, разругаться до драки для меня труда не составит, но позволить себя выбросить из окна — это уж слишком. Кроме того, неужели после такого я могла бы пойти и спокойно уснуть?
Некоторое время полицейский обдумывал ее ответы.
— Вы хотите сказать, что вчера между вами никаких эксцессов не произошло?
— Я не знаю, что вы называете эксцессами, но ни я его, ни он меня никуда не сбрасывали. В этом я могу поклясться на чем угодно.
— Тогда почему он мертв?
— Понятия не имею! — Даша встала. — И прошу вас больше мне таких вопросов без протокола не задавать. Простите, но я очень голодна, я хочу пообедать и прошу вас на это время оставить меня в покое.
Но шеф жандармов следовал за ней тенью и успокаиваться не собирался.
— А из чьего же окна вы тогда упали? — продолжал допытываться он.
— Отвечаю только для того, чтобы было ясно, — я упала из окна номера месье Полетаева.
— Так это вы с ним дрались?
— До чего же вы мне надоели! Я что, похожа на дебоширку? Ни с кем вчера я не дралась. В тот момент я находилась в номере одна.
Для того чтобы видеть ее лицо, инспектору приходилось то и дело забегать вперед.
