Внизу затаились ложные фельджандармы, заметивших лишь на начальном этапе Лосева — красноармейца среди рядовых. Теперь они были уверены в его честности, когда он сидел за старшим сержантом Минским. Казанцев вышел к группе, присоединяясь к нам и кому-то из своих бойцов. Диалог был недолгим, но напряженным — как и весь их поход....
Считай, свезло. У нужного городка, не доезжая, я притормозил и, свернув к посадке, укрылся за ней. А тут кроме неё других укрытий просто нет. Бойцы замаскировали машину ветвями, были выставлены двое часовых, и мы расположились на ночь. В машине было тесно, глупо этого не осознавать, мало того, вещей до чёрта, так ещё вместе со мной пятнадцать лбов. Втиснулись, но надо ещё одну машину искать, причём срочно. Только после проведённой операции в Берлине у нас пошёл упадок сил, слишком серьёзно мы там выложились, и я решил дать бойцам отдохнуть, а с утреца прогуляюсь с Ватутиным в городок, посмотрим и прикинем.
Мы спокойно прошли до окраины городка, название у него зубодробительное, даже пытаться не буду произнести его. Делали вид, что заняты делом. Например, я тащил на плече коробку, и не пустую, но нёс же. Значит, делом занимался. Тропинка вилась между полями к городку, вот по ней мы и шли. Ватутин, сорвав ветку и сделав из неё стек, шёл впереди, помахивая им, изредка постукивал по голенищу сапога.
