Я резко даю по тормозам. Мы останавливаемся на обочине дороги. До общаги остался всего один квартал. Хотел же её туда отвести, и выкинуть на хрен.
— Хочу, чтоб ты сосала мне. Сейчас. Тут же.
Вместо ответа она наклоняется, и стягивает мои штаны. Приспускает и почти сразу же берёт член в рот.
Я как тормоз смотрю за этими действиями. Может мне снится это? Такого быть не может! Я слишком остро ощущаю сейчас всё.
А вдруг и Тимуру делала?!
— Грязная шлюха… — вырывается у меня изо рта.
Я толкаюсь сильнее. Загоняя весь член в её рот. Я, блядь, слетаю с катушек, потому что неистово начинаю трахать её рот.
Это не с чем не сравниться. Это не тот минет, который мне делала в клубе блондинка. Это не все те, что мне делали в Лондоне. Это вообще ни на что не похоже. Это моя черри. И она мне, блядь, сосёт.
Блядь, кончаю, и хриплю как голодный зверюга. Яйца мои взрываются, и извергают из меня необъятное количество спермы. Я как будто месяцами до этого не кончал.
Наташа поднимается, и демонстративно глотает мою сперму. При этом облизывает свои губы так, что я не могу оторвать от неё взгляд.
Хватаю за волосы и подтягиваю к себе. Наши глаза на уровне друг друга. А губы… Они так близко…
Она пахнет моей спермой. Но ещё больше она пахнет, ебательским возбуждением.
— Грязная шлюха… — говорю я и впиваюсь в её губы.
Что я там говорит за обмен бактериями и слюной…
Это такой кайф, трахать её рот. Насиловать. Нажимать. И властвовать языком.
Отрываюсь, делаю ещё несколько глотков виски и давлю на газ. К черту общагу. Хочу её трахать!
Всю дорогу только и думаю о том, что надо остановиться. Что нельзя её трахать. Не после всех тех, с кем она была. Она должна была быть только моей! Только!!!
Но мозг не слушается. Он вообще отключается и уже еле реагирует на сигналы опасности.
Заезжаю на подземную парковку, хватаю её и тащу в лифт. Там стараюсь на неё не смотреть. Ведь она такая красивая. Такая сексуальная. Такая… Лживая.
Меня разрывает от этих смешанных чувства. Любовь и ненависть к ней, одним коктейлем смешались во мне.
Ненавижу её? Или люблю?
Наташа вообще молчит. Лишь странно всё время смотрит на меня, но ничего не произносит.
— Я не спросил тебя… Ты поднимешься ко мне?
Всё-таки решаюсь задать ей вопрос. Потому что когда она переступит порог моей квартиры, назад дороги не будет. Я затрахаю все её дыры, лишь для того, чтоб она никогда не забыла эту ночь. Буду доводить, и изводить её тело судорогами, чтоб она просила о пощаде.